Экскурсия на Землю

К обеду, несмотря на регулярно принимаемый грави-адаптоген, нормальная тяжесть ощутимо давила на марсианина. Тимофею очень сильно хотелось бросить пляшущие на голоэкране многомерные графики и поехать на ближайшую «лёгкую» башню, где на большой высоте были уровни с низкой силой тяжести.

Результаты многомерного модифицированного корреляционно-регрессионного анализа по всей имеющейся выборке дали очень странные результаты. Все предположения и гипотезы, которые Тимофей вместе со своим учителем сделал раньше, посыпались.

Помучившись ещё немного, он плюнул, встал, подхватил свой небольшой рюкзак и отправился к выходу.

– Рано сегодня собрался, – заметил завлаб, когда Тимофей проходил мимо него.

Высокий и худой Кондратьич стоял в дверях своей выгородки:

– Грант сам себя не отработает. А что я твоим родителям тогда о стажировке напишу?

– Не могу больше работать Александр Кондратьич. Голова гудит, да и тяжесть ваша лунная меня утомила, поеду в башню Цзунь.

– Ладно езжай. Да только сколько раз тебе говорил, не лунная у нас тяжесть.

– Никак не привыкну, космики всегда Кольца по имени планетоидов называют. Земная тяжесть, да. Не привыкну к ней никак.

– Эт самое, к доктору сходи!

Крикнул ему в спину Кондратьич, когда молодой исследователь выходил из университетской лаборатории в коридор. Вообще-то завлаб был не злым и отходчивым человеком, Тимофею Кондратьич нравился.

Первокурсник прошёл по светлым и широким коридорам университетского исследовательского блока, иногда раскланиваясь со знакомыми, попадавшимися в оживлённом людском потоке. И оказался в обширном лифтовом холле, обрывавшемся вниз пространством атриума. Сквозь большой застеклённый фасад, была видна оживлённая пятая виа.

Тимофей дождался лифт и нажал кнопку верхнего уровня, где располагалась станция метро «Университет». Был час пик, поэтому людей в лифт набилось прилично. Ему даже пришлось снять со спины рюкзак с фирменным логотипом Заслона и потесниться. Лифт полетел вверх, а прижатый к стеклянной стене Тимофей смотрел на большой атриум Лунного университета, который был полон пёстрой толпой студентов и преподавателей.

За несколько минут лифт достиг верхнего уровня. Тимофей оказался на станции метро. Мысленно он потянулся к пси-интерфейсу, постоянно связывающего его с сетью. И сразу же узнал, что местный поезд прибывает через десять минут.

Ожидание пролетело быстро, поскольку парень напряжённо крутил в голове странную корреляцию информационных всплесков. Крепко задумавшись, он на автомате сел в ближайший вагон остановившегося поезда. С учётом всех остановок, ехать предстояло около сорока минут.

Поезд тронулся, слегка покачивающийся вагон успокаивал, настраивал на спокойный лад. Постепенно мысли Тимофея перескочили с поставленной задачи на научную программу в целом. Затем он вспомнил начало своей учёбу в Российском Марсианском Университете, расположенном в огромном Марсополисе, где он успел поучиться осле поступления всего ничего.

Одарённый гимназист Тимофей Черных блестяще сдал экзамены на математический факультет, и уже через три месяца учёбы на подготовительном курсе, он подал заявку на исследования в области наномашин. Его талант и заявка были высоко оценены – совсем ещё юный студент смог выиграть грант земной корпорации Заслон. Важность его темы лично отметил президент корпорации на церемонии вручения грантов.

Вот уже больше шести месяцев Тимофей Черных числится исследователем и работает в лаборатории знаменитого профессора Лыковского, которого среди сотрудников и учеников попросту зовут Кондратьичем.

Переехавшего с Марса на Лунное Орбитальное Кольцо студента встретила новая жизнь с научной работой, учёбой, непременными попытками завести новых друзей и тоскливой разлукой с семьёй…

Размышляющего Тимофея накрыла волна тёплых семейных воспоминаний, а потом он задремал, полностью расслабившись. Проснулся Тимофей от привычно-лёгкого касания пси к разуму.

Поезд подъезжал к станции Чайна-Цзунь.

Тимофей встряхнулся ото сна и вышел. Здесь, в отличии от множества других станций, отдельной группой располагались скоростные лифты для подъема на «лёгкую» башню, возвышающуюся над Лунным Орбитальным Кольцом на невообразимую высоту.

Спустя десять минут он уже был пристёгнут к креслу, и летел на верхний уровень башни Цзунь. Скоростной лифт-экспресс сделал только одну остановку – на Венере, где вышло несколько человек, а затем помчал Тимофея на крышу мира, к Марсу.

С каждым метром набранной высоты, земная нормальная тяжесть, ставшая уже более-менее привычной, но всё равно изматывающая, отступала. На верхнем уровне, носящем имя его родной планеты, он легко вышел, чувствуя себя заново родившимся.

Башня была достаточно высокой, чтобы снизить искусственную силу тяжести, создаваемую вращением Кольца. Это было одно из его любимых мест на Лунном Кольце. Здесь всегда встречалось много марсиан и космиков, которые, не спеша, прогуливались по кольцевому обзорному коридору.