Экзамен

С особой благодарностью Евгению Синтезову за поддержку и космические консультации. Главного героя назвал в его честь, в чём официально подписываюсь. Все прочие совпадения случайны, названия вымышлены.

В книге использована песня «Over the hills and far away» или «Вдали за синею грядой» в переводе Андрея Бережного.

Запиликал будильник. В их дружной семье старший Тимофей исполнял почётную обязанность и пользовался привилегией командовать «мелкими» Жекой и Тошкой. Неважно, что спит он в одной с братьями комнате, и будильник орал для всех: младшие и не подумали просыпаться.

— Подъём! — раздался басок Тима.

Жека досмотрел последние кадры сна, перелистнул титры пробуждения и открыл глаза. Тимоха как всегда улыбался. «Встречай каждый день улыбкой», — часто говорит мама, а папа иногда добавляет, — «и провожай тоже», правда, последнее время всё реже. Зачем встречать и провожать дни, Жека не задумывался, не считал нужным — их ведь впереди так много! И не очень-то они отличаются — Жека сел на кровати, улыбнулся в ответ Тиму, Антоше, сунул ступни в тапочки.

— Койки! — Тим сделал уставную паузу и дал команду, — заправить!

Говорить, что время пошло, давно уже не требовалось, ребята уложились в две минуты. Жека с Антоном уставились на старшего в ожидании продолжения.

— Становись на зарядку! — Перешёл он к следующему пункту. — Разомнёмся. Повторяйте за мной.

«Кажется, в школе это называется испортить ребёнку детство», — рассеянно размышлял Жека, выполняя упражнения. — «Моё-то детство почти закончилось, а Тохе ещё два года «мучиться» до выпуска. Хотя с этими борцами за права детей, может, и быстрей повзрослеет. Интересно, кто так говорит, делают зарядку или ползают целыми днями как сонные мухи?»

Пацаны с удовольствием выполнили комплекс и синхронно вздохнули — за хорошим неизбежно идёт что-нибудь не такое приятное.

— А теперь что? — Делано задумался Тим. — Кто-нибудь помнит?

— Завтракать? — купился Антоша.

— Вспомнил! — Обрадовался Тимофей, — в ванную за мной, шагом марш.

Старший первым полез под душ, младшие с особым тщанием чистили зубы. Обоим казалось, что тем самым они отодвигают наступление неизбежного момента…

— Следующий, — пробасил Тим, выходя из кабинки.

Жека сполоснул рот, горестно вздохнул и принялся стаскивать с себя пижаму.

— Сразу приготовиться не догадался? — задал Тим традиционный вопрос.

— Я зубы чистил, — пробубнил Жека, направляясь в кабинку.

Встал в жёлтый круг. Краны вертеть не требовалось, автомат его узнал, сверился по времени с программой, подстроил манипуляторы под фигуру и радостно проговорил, — «Доброе утро! Начало процедуры, пожалуйста, не покидайте активную зону». Парню под бьющими тугими струями оставалось лишь ждать окончания, грустно размышляя, что так за грехи отцов приходится страдать детям — папа служит в полиции, и само собой поставил сыновьям программы закаливания. Мама служит там же, апеллировать к ней никому из братьев не могло и в голову прийти. Наконец, потоки воды иссякли, специально для тупых или впавших с непривычки в ступор пользователей аппарат прогудел, — «Процедура окончена, вы можете покинуть зону активации. Хорошего дня!».

— И вам того же, — проворчал Жека, отодвигая створку кабины. Улыбнулся младшему, — Давай, Тоха, а то бивни сотрёшь!

Антон торопливо сунулся под кран споласкивать рот, жалобно поглядывая на старших. Те молча стояли, не отводя неумолимых взоров. В очередной раз осознав обречённость попыток разжалобить этих двоих, пацан постарался принять лихой и независимый вид — подумаешь! Когда младший скрылся в кабинке, братья обменялись улыбками — малого просто обожали, впрочем, стараясь никоим образом это не показывать.

Тим за время купания Жеки вычистил зубы и, пока закалялся младший, побрился. Вместе отправились одеваться, к завтраку полагается выходить полностью готовыми. Повседневной одеждой семьи являлась форма. Младшие носили школьные костюмы, старший мундир своего колледжа, а про папу с мамой и речи нет. Тим придирчиво осмотрел Антона и Жеку, не нашёл, к чему придраться, и повёл братьев в столовую.

— Привет, мам! Привет, пап! — дружно приветствовали родителей.

Мама и папа в передниках поверх мундиров заканчивали накрывать на стол, улыбнулись отпрыскам. Мама сказала, — привет, парни!

Папа пробасил. — Бодрячком?

— Так точно, сэр! — За всех ответил Тим, занимая место за столом.