Единственная возможность

Кроме огромного носа и зеленоватого оттенка кожи, в госте не было ничего странного.

К чести Милта Кловица надо сказать, что вид зеленого человечка, безмятежно сидящего в кресле, не сбил его с толку. Он закрыл дверь в свою квартиру и снял шляпу, бросив ее почему-то на пол, а не на полку шкафа.

— Вы зеленый, — заметил Милт Кловиц с полным самообладанием.

Посетитель, казалось, обрадовался проявленным наблюдательности и хладнокровию.

— Совершенно верно, — бодро подтвердил он. — Мы надеялись, что вы спокойно воспримите сей факт.

Милт Кловиц пытался сохранить приписываемое спокойствие духа. Ему удалось опуститься на стул без дрожи в коленях.

— Мы твердо верили, что землянин, воспитанный на фантастической литературе вашей эпохи, — гость махнул зеленой рукой в сторону полок с любимыми книгами Милта, — будет готов к нашему появлению.

— Откуда?.. — Вымученное слово застряло в горле и оборвало вопрос, но зеленый человечек понял.

— Вам неизвестно название нашего мира… Мы серьезнейшим образом обеспокоены вашим поведением.

— Моим?! — поразился Милт.

— О, не вашим лично… Вашего вида. Мы давно с тревогой наблюдаем за человечеством и, наконец, пришли к решению.

— К какому решению?

— Ваша возня с атомной энергией представляет значительную угрозу нашей безопасности. По этой причине Совет Старейших мудро постановил принять предупредительные меры.

— Меры?..

— Уничтожить вашу планету. Через шесть гипосек… Простите, по земному исчислению времени ровно через две недели.

Милт почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Уж не послышалось ли ему? Разве такое вообще возможно?..

— С-старая песенка. Впервые эту тему использовали еще в XVIII веке. Милт ощутил прилив сил. Здесь, в родной стихии, он чувствовал себя как рыба в воде. — Ее развивали Жюль Верн, потом Уэллс, а уж современные писатели обсосали до косточек. Да сейчас это просто клише! Ведь…

Зеленый гость поднял руку.

— Я удивлен, мистер Кловиц. Ваша недоверчивость переходит всякие границы. Мы собирались предложить вам счастливую возможность уцелеть, но… — он горестно покачал головой, — вы, кажется, предпочитаете погибнуть вместе со всеми. Что ж, в моем списке есть другие кандидатуры.

Он встал и подошел к двери.

— Эй! Стойте! Мне надо поговорить с вами! — вскричал Милт.

Зеленый человечек обернулся.

— Ну, что?

— Послушайте… в самом деле… Поневоле растеряешься: в собственной квартире — пришелец с другой планеты!

— Из другой галактики! — оскорбленно поправил гость.

— Да, конечно, я это и имел в виду, — пробормотал Милт. — Понимаете, я был потрясен… Если вы дадите мне возможность…

Зеленый человечек, явно сомневаясь, поджал полные губы.

— Хорошо. — Он вернулся, сел и, достав странную металлическую карточку, принялся постукивать по ней еще более странным пишущим инструментом. Так… Сейчас назначим место, куда вы должны прибыть со своей парой…

— С какой парой? Я холостяк.

— Простите?

— Холостяк. Одинокий. Не женат.

— Я не понимаю. — Глаза зеленого человечка мигнули, нашлепка на месте носа сморщилась. — Из докладов наблюдателей ясно, что ваша раса спарена. Два пола: мужской и женский. Так вы и размножаетесь.

— Это верно. Только у меня нет пары, пока еще нет. А может, и не будет. Так что об этом беспокоиться нечего.

Зеленый гость тяжело вздохнул. Он медленно покачал головой и начал подниматься на ноги с видом глубочайшего разочарования.

— Куда вы?

— Я, естественно, предполагал, что у вас есть пара; мы считали это общим принципом. И у меня строгий приказ вывезти пару.

— Но погодите…

— Увы, я не могу нарушить распоряжение Совета.

Гость направился к двери. Милт в отчаянии схватил зеленого человечка за рукав и втащил его в комнату.

— Неужели вы покинете…

— У меня приказ, — мрачно повторил пришелец.

— Но я достану пару! Обещаю!

— Мне кажется маловероятным…

— Чтоб мне провалиться! — истерически выкрикнул Милт; сдерживаться уже было не в его силах. — Найду немедленно! Увидите! Такую, знаете ли, настоящую, земного типа пару…

— Боюсь, что у вас не хватит времени.

— Ну… неделю… несколько дней!

Пришелец заколебался, подав Милту проблеск надежды.

— Несколько дней? Сколько же вы хотите?

— Пять!

Гость нахмурился.

— Четыре! Три!

— Вы считаете, что уложитесь в три дня?

— Уверен!

— Я уже отстаю от графика, так что всякое промедление…

— Клянусь! Через три дня я буду готов!

— Ладно, — согласился посетитель. — Даю три дня. Если к моему возвращению вы еще будете… э… холостым…

Он выразительно пожал плечами и вышел за дверь.

Это должна быть Наоми Уинклер. Не потому, что Наоми была воплощением его грез или только с ней видел себя Милт на далекой планете, — просто ни с какими другими девушками он не общался.

Нельзя сказать, что Милт Кловиц рос маменькиным сынком. Но и до, и после смерти матери он не очень-то задумывался об окружающем мире. Он спокойно работал в рекламном агентстве, зачитывался любимой фантастикой, и жизнь его текла размеренно и безмятежно.