Дыхание смерти – 2

Стоя на палубе яхты «Пионер», Даниэль со щемящей тоской смотрел в сторону пристани. Крикливые чайки кружили над головами пассажиров судна, равнодушно поглядывая вниз. Молодой человек хорошо видел людей, стоящих на пристани и машущих вслед отходящему кораблю, смотрел на улыбающиеся лица, а внутри него нарастала необъяснимая тревога.

Он вглядывался в мерцающую на солнце гладь воды, внимательно наблюдал за набегающими на берег барашками волн, а потом, повернув лицо ветру, сильно зажмурил глаза.

– Мой мальчик, с тобой все в порядке? – спросил мистер Паркс, внимательно глядя на племянника.

Даниэль повернул к нему голову, неопределенно пожал плечами и слегка улыбнулся.

– Ну конечно, дядя, – затем, немного помолчав, продолжил. – Шум морских волн, соленый ветер свободы, прощание с родными – все это вызывает странное чувство, словно я вернусь сюда нескоро.

Мистер Паркс усмехнулся и похлопал Даниэля по плечу.

– Пожалуй, ты прав. Домой мы вернемся не раньше, чем через несколько месяцев, но тебе не о чем волноваться. Перед тобой открывает свои двери огромный мир. Человек из любого путешествия выносит новый опыт, и ты после своего возвращения станешь совсем другим. Уж поверь мне, эта поездка точно изменит тебя.

– Остается надеяться, что этот новый мир примет меня, – чуть слышно проговорил Даниэль.

– Обязательно примет, я уверен в этом, – убежденно ответил дядя.

Берег все удалялся, и пассажиры яхты постепенно стали расходиться по своим каютам. Постояв еще немного на палубе, мистер Паркс с племянником отправились искать свои комнаты. Здесь им предстояло провести ближайшие несколько недель.

Судно было не очень большим, всего полтора десятка кают для пассажиров и несколько больших помещений для членов экипажа. Все каюты для пассажиров были расположены вокруг двух просторных салонов: в одном из них была столовая, а в другом – кают-компания. Все салоны были богато украшены – окна с витражными стеклами, дорогие люстры, мягкие ковры, мебель отличного качества, большие зеркала, висящие на стенах и визуально увеличивающие помещение.

Даниэль с дядей отправились в каюту первого класса. Убранство комнаты не уступало номерам лучших лондонских отелей. Она была просторной, обставлена со вкусом, каждая вещь была на своем месте. В углу находился умывальник, у открытого иллюминатора стоял диван с резным столиком, левее двери располагалась двухъярусная кровать, застеленная шелковым бельем.

В носовой части корабля был камбуз, а на корме обустроен курительный салон.

Трюмы судна были забиты под завязку ящиками и тюками с товарами, бочками со свежей водой и крепким ромом, провиантом, порохом и углем.

Под вечер клубы черного дыма стали смешиваться с ночным туманом, расстилающимся по водной глади. Трубы заводов, распложенных вдоль берега, сменились красивыми резными домиками, разбросанными по прибрежным холмам. Шум города затихал вдали.

Первый вечер и ночь на яхте прошли спокойно. Поужинав и познакомившись с некоторыми пассажирами, Даниэль и мистер Паркс вернулись в свою каюту. Едва коснувшись подушки, молодой человек уснул, крепко проспав до самого утра.

На следующий день к обеду яхта уже вышла в открытое море, которое было довольно неспокойным, в снастях свистел ветер, небо было затянуто тяжелыми тучами, а мелкий колючий дождь беспощадно обжигал холодными каплями непокрытую кожу лица и рук.

Даниэля в отличие от многих пассажиров не мучила морская болезнь, он часто выходил на палубу, вдыхал соленый воздух и прислушивался к своим новым ощущениям. Мужчина с любопытством наблюдал за работой команды, смотрел, как уверенно и умело капитан ведет судно. Его на корабле интересовало буквально все.

В тихие погожие дни мистер Паркс, устроившись в кресле на палубе, рассказывал племяннику истории из своей прошлой жизни, а вечера они проводили вместе с остальными пассажирами в кают-компании. В такие моменты Даниэлю казалось, что он очутился в какой-то другой жизни, так разительно все вокруг отличалось от того, к чему он привык. Дни сменялись днями, Даниэль постепенно осваивался в непривычной для себя обстановке, и ему начинала нравиться эта новая жизнь.

Однажды вечером, спустя три недели с момента отплытия, они с дядей, как обычно после ужина, пошли в курительный салон, где за бокалом вина мистер Паркс обсуждал с новыми знакомыми последние новости, делился интересными фактами из своей биографии.

Даниэль сидел в кресле, задумчиво сложив руки под подбородком, и наблюдал за происходящим. Была уже почти полночь, когда пассажиры постепенно стали расходиться по своим каютам. Даниэль с дядей тоже решили вернуться к себе.

Заметив, что племянник несколько отстал, мистер Паркс удивленно глянул на него и спросил:

– Неужели ты останешься?

– Да, хочу немного прогуляться по палубе и подышать свежим воздухом.

Мужчина понимающе кивнул, проговорив:

– Не задерживайся, морской ветер весьма коварен.