Дьявол

Период XII–XV вв. в истории Франции был периодом национального объединения. К концу XV в. французское государство занимало в основном почти ту же территорию, какую занимает теперешняя Франция (за вычетом колоний). Процесс создания крупного национального государства был длинным, сложным и противоречивым. В X, XI и начале XII в. Франция представляла собой хаотическое собрание десятков крупных и мелких феодальных государств – герцогств, графств и т. п. Власть короля была совершенно ничтожна; она простиралась, по существу, лишь на королевские домены, на герцогство Иль-де-Франс, где король был наследственным князем. На землях других князей он не мог распоряжаться. Он был лишь первым между другими равными крупными феодалами. Да и в собственном домене королю приходилось постоянно вести борьбу со своими баронами, обладавшими замками, рыцарскими дружинами и неограниченно господствовавшими над местным крепостным и некрепостным населением. Феодальные войны и усобицы между князьями, между баронами и даже между простыми рыцарями были обычным явлением. Однако в XII–XIII вв. во Франции, как и в других странах Европы, произошли важные социально-экономические перемены. В стране широко развилось ремесло; выросли многочисленные города; торговля приобрела более постоянный характер. Натуральное хозяйство, господствовавшее безраздельно в ранний период Средневековья, уступало постепенно место товарно-денежным отношениям. Рост промышленности и городов, развитие буржуазии, начавшееся образование единого государства из раздробленных и не связанных ранее провинций – все это находилось в резком противоречии с господствовавшей феодальной анархией. Города задыхались под гнетом соседних феодалов. Торговля встречала постоянные препятствия со стороны разбойничьего рыцарства. Ощущалась настоятельная общественная потребность в создании крупного государства с сильной централизованной властью, способной обуздать своеволие феодалов. В этих условиях королевская власть во Франции начала быстро укреплять свое положение. Играя в этот момент прогрессивную роль, королевская власть привлекла на свою сторону города и вместе с ними, с так называемыми городскими коммунами, начала решительную борьбу со знатью. Энгельс по этому вопросу писал:

«Что во всей этой всеобщей путанице королевская власть (das K"onigtum) была прогрессивным элементом, – это совершенно очевидно. Она была представительницей порядка в беспорядке, представительницей образующейся нации в противоположность раздроблению на бунтующие вассальные государства. Все революционные элементы, которые образовывались под поверхностью феодализма, тяготели к королевской власти, точно так же как королевская власть тяготела к ним. Союз королевской власти и буржуазии ведет свое начало с X века; нередко он нарушался в результате конфликтов; далеко не всегда в течение всех Средних веков дело шло этим путем объединения, все же этот союз возобновлялся все тверже, все могущественнее, пока, наконец, он не помог королевской власти одержать окончательную победу, и королевская власть в благодарность за это поработила и ограбила своего союзника».