Двойной босс, пожалуйста!

Я — само хладнокровие. Я — неотвратимость! Я… я…

А, ладно! Я — ходячее несчастье, и пора в этом себе признаться. Ну, кто еще мог оказаться в лифте один на один с самым прекрасным мужчиной на свете, так еще с головы до ног облепленная грязью да огромной дыренью на колготках? А все так хорошо начиналось…

Хотя кого я обманываю? Все сразу пошло не так. Для начала я родилась, и мой весьма креативный отец не придумал ничего лучше, чем назвать меня Лея. Ага, в честь той самой Скайуокер из легендарной звёздной саги. И будь моя фамилия, скажем там, Полонская, или на худой конец Романова, я бы не пискнула даже! Но нет же… Я — Уткина.

А теперь внимание: Лея Уткина. Блеск, просто!

Однако этим все не ограничилось: сильнейшая генетика моего отца перебила любые шансы вырасти красивой. Я — тощая девица с едва наметившейся грудью и ватой вместо волос. Белоснежные спиральки отчаянно меня не слушаются и постоянно стоят под самыми немыслимыми углами, создавая эффект блонди-афро. К тому же дёрнул меня черт неделю назад подстричься под модное каре! Парикмахер, чтоб его, мог бы и отговорить, а не криво улыбаться. Теперь папа зовет меня одуванчиком и не перестает подкалывать, спрашивая: и у кого это такие толстые щеки? Ну, как в том старом советском мультике…

И вот стою я такая "красивая": с дырами на тощих коленках, в нелепом платье в цветочек и грязью на пол лица, — отворачиваюсь, прячу пунцовые щеки от моего нового начальника — господина Яковлева Александра Германовича.

Это вам ни какая-нибудь Лея Уткина. У него имя красивое. Сильное. Мужественное. Как и сам он.

"Черт! — резко отвожу взгляд, когда Александр Германович искоса на меня смотрит. — Кажется заметил, как я на него пялюсь".

Тяжело сглотнула. Я таких мужчин в жизни ещё не встречала. Только если на экране телефона, когда пускала слюни на моделей Хьюго Босс. Ну, ещё по телеку там, у всяких голливудских красавчиков. Но Мистер Биг Босс из плоти и крови, шикарного костюма и ухоженной небритости стоит сейчас в полуметре от меня. Его расслабленная поза как бы говорит за него: я король этого мира, его властелин, его…

"Ладно, Лея, соберись! — отдергиваю себя. — Хватит пошлых фантазий".

Стараюсь незаметно вытереть потные ладони о подол платья, но ткань мокрая насквозь. Блинский ты блин! Дёрнул же меня черт пойти в обед к метро за пирожками. Не пошла бы — не встретилась лицом к лицу с гигантской лужей. Не встретилась с лужей — не позорилась бы сейчас в лифте. Еще и коленки так жжет!

Опускаю взгляд на ноги и понимаю, что по серым кашемировым колготкам расползаются не только дыры, но и кровавые пятна.

— Блин, — выдыхаю я и закусываю губу.

— Что? — доносится справа.

Нет, нет, боже, нет. Я ничего не говорила! Меня, вообще, здесь нет.

Но поздно. Поднимаю лицо и встречаюсь с цепким взглядом голубых глаз. Божечки, это не глаза, это озеро Байкал в миниатюре!

— Ничего, я… ничего.

Да, разговаривать, как дебилка, тоже входит в функцию Леи Уткиной. Прилагается к красным щекам, потным ладоням и неуклюжести. Снова жую губу, но не так, как этому учила нас Анастейша Стил, с экрана кино. Не-а, это было бы слишком хорошо для такой как я. Я жую свою так, словно во рту у меня пчела и ее нужно срочно уничтожить, а она колется, зараза. Это все из-за нервов, никак не могу отучиться от этой дурацкой привычки.

Пылающие щеки даже не пытаются остыть, и я понимаю, что на меня все еще смотрят. Окей. Лея, только не нервничай. Ну, подумаешь, бог во плоти, тебя — несчастье ты ходячее — рассматривает? Пф, что на тебя мужики никогда не смотрели?

Вообще, если по-честному, то так не смотрели. Испытующе, сканируя, оценивая. С парнями у меня вообще опыт не так, чтоб велик. Мы с Пашкой Рогонковым на первом курсе как познакомились, так до четвертого и встречались. Потом была одна неприятная история с поездкой на дачу к нашей одногруппнице, куда я выбраться не смогла. Зато шалава Катя приехала не одна, а со своими буферами!

В общем, расстались мы с Рогонковым друзьями. Насколько это возможно, когда твой парень сует член в другую бабу. А после, любителей своеобразной красоты не нашлось.

— По улицам города прошло цунами, а я не заметил? — насмешливо произносит Мистер Биг Босс.

Клянусь, если б в палитре существовал цвет краснее, я бы в него окрасилась.

— Неудачно приземлилась.

Я морщусь. Не очень приятно, когда над тобой смеются. Даже красавчики. И надо признать, до того, как Александр Германович открыл рот — он казался мне привлекательнее.

Его взгляд скользит по моим ногам, а я в отчаянии притопываю ногой, скрещиваю руки на груди и отфыркиваюсь от очередной пружинистой пряди.

— Из какого ты отдела? — фамильярно бросает мужчина, принимая похожую позу: скрещенные руки, голова чуть вбок.

— Из оформления корпоративных договоро́в, — с неохотой я отвечаю.

— Догово́ров. Правильно догово́ров, красотка.

Устремляю свой взгляд прямо ему в глаза. Он назвал меня красоткой?