Дворянство. Том V (СИ)

За месяц поисков Жукова, никто из приезжих представителей Дворянства так и не смог выйти на мой след. Я же, в свою очередь, занимался своими привычными делами и особо не участвовал в расследовании, к которому меня всё та же судья попыталась привлечь.

Более того, некто из столицы, который являлся прямым родственником Жукова, всё же смог отыскать человека, который идеально подходил по всем внешним факторам. Только на их удивление, он был человеком, но никак не носителем.

Всё это немного отразилось на фермах носителей. Была построена теория, что Жукова лишили его симбионта, но так и не смогли этого доказать. Не было ни следов, ни чего-либо подобного.

«Человека» Жукова, оставили в покое, и если мне не изменяла память, он попал в приют для бездомных. Без документов, без имени, без прописки.

Собаке — собачья смерть. Я придерживался этой политики в отношении мага стихии огня, который бесчестно, подло, в спину, убивал других наёмников. Показывал ли он при этом свою силу? Пожалуй, нет.

А добивался банального — самоутверждения. И учитывая, насколько он был беспомощен, эти попытки были свинством, но не заслугой.

— О чём думаешь? — Аня в образе уже «привычной», розоволосой девушки, облокотилась на плечо и дунула в ухо. — Яр, ты опять без куртки.

Я не сразу отреагировал на неё. Думал. Думал, как мне провести в очередной раз Жожобу, который за этот месяц уже верёвки вить из меня начал. Старик последнее время, словно с катушек слетел. Только за последнюю неделю я уже семь раз был на зачистки роя. Его роя.

Не знаю, с чем это связано, не с помощью ли Лаане и его компании, но в бизнесе и в «подполье» Владимира Петровича появилась брешь. Уходили деньги, уходили клиенты, уходил Ихор. И что было самым неприятным, так это дикие, которые так же сказочным образом оказывались на свободе.

Впрочем, благодаря всем этим столкновениям, я становился сильнее и набирался опыта, так что были в этом и свои плюсы.

— У него даже охрана этого не замечала, — пожаловался я, уставившись на непонимающее лицо Ани. — Ну, я про старикашку!

— А, опять ты о нём, — девиантка отпрянула от плеча и встала с заснеженной лавки. — Пойдём, я кофе хочу.

Кивнул в знак согласия, затем подхватил небольшой рюкзак, которым я обзавёлся, сам не знаю для чего, и пошёл вслед за своей подругой. На ходу вспоминая, что я забыл надеть куртку. На меня смотрели, пожалуй, все. Просто все.

Скорее всего, считали меня дураком. Может, закалённым. А может, и просто ненормальным. Всё-таки для января, точнее, для конца месяца, такой внешний вид заслуживает внимания врачей. Но носители особенно сильные, как известно, не болеют.

На полпути до кафе Лаане, куда мы стали заглядывать чаще в последнее время, Аня меня всё-таки в очередной раз осадила с мыслями про Петровича. Старикашка — как я его называл, действительно слетел с катушек. Я, с одной стороны, понимал его, а с другой — начал опасаться. И тому виной было его сердце. В моменты «пика» его агрессии и психов, а я за месяц повидал всякого, его симбионт закрывался от меня, что обозначало то, что он становился в эти моменты сильнее.

Сильнее меня, если быть точнее.

И это было весьма опасно. Ведь я так и не подготовился к сражению с ним, к которому меня подталкивала судья и Эдвард Тойвович. Но ещё, если я не ошибаюсь, в их группе по смене «сильнейшего» мутанта были и другие лидеры гильдий и кланов. И все они придерживались политики, что безумцам не место в городе. Они опасны.

И Жожоба доказывал это каждый день.

— Я всё никак не могу забыть того дикого, с красными глазами, — уже у самого кафе вдруг заговорил я. — Ань, он ведь был разумным. Таким разумным, как ты. И я не видел его сердца!

— Случайная мутация, — ответила она. — Не видел сердца, но убил одним ударом. Есть ли смысл доверять своему дару настолько сильно?

Соглашаясь с ее словами, лишь кивнул в ответ и открыл перед ней дверь.

В кафе было многолюдно. На удивление, будний день для заведения пах большой прибылью. Я только одного не понимал: почему, если на улице сильный мороз, люди вообще выходят на улицу? Ведь здесь были не только завсегдатаи из соседних офисных зданий, но и детвора.

Хотя… я был таким же, когда был человеком. Меня не пугала погода, лишь бы дома не находиться.

Виктория, которая встретила нас сразу у входа, одобрительно похлопала меня по плечу в знак приветствия. И прошептала на ухо:

— Слышала, что ты ещё один рой зачистил, в одиночку…

— Ага, — скромно ответил я и, улыбаясь, решил оставить ее без подробностей.

Прошли до любимого, дальнего столика. Сели и стали дожидаться официанта. Я же мониторил каждого, кто находился здесь.

С момента, как Жожоба обманом забрал меня отсюда, прошло уже немало времени. И сейчас, как я заметил, в кафе по большей части присутствовали носители. Разного класса. Словно носителей с каждым днём становилось всё больше и больше.