Двигатель

Перевод: roguemusashi, rediens, sunnynight, bazalmont, tsvetl

Редактура и вычитка: schwammkopf, quilstin, rediens, bazalmont

Booktran, 2013 г.

Если вы хотите отблагодарить переводчиков и поддержать проект, добро пожаловать на www.booktran.ru.

Ускорение отбрасывает Соломона обратно в капитанское кресло, в груди становится тяжело, словно на нее поставили груз. Его правая рука прижимается к животу, левая — падает на обивку возле уха. Лодыжки упираются в устройство для расслабления ног.

Эта тряска — как удар, целый град ударов. Его мозг — результат миллионов лет эволюции приматов и к таким вещам не подготовлен. Мозг решает, что его бьют. Затем, что он падает. Потом, что ему приснился какой-то ужасный сон. Но космическая яхта — не результат эволюции. Ее сигналы тревоги срабатывают строго на основе полученной информации.

Кстати, мы ускоряемся до 4 g. Пять. Шесть. Семь. Больше семи.

На дисплее наружной камеры мимо проносится Фобос, а дальше только поле звезд, кажущееся неизменным, как статичная картинка.

Ему требуется почти целая минута, чтобы понять, что произошло, а потом он пытается ухмыльнуться. От радости его сердце бьется чаще.

Внутренняя отделка яхты имеет кремовый и оранжевый цвета. Панель управления представляет собой простой сенсорный экран, достаточный старый, от чего по углам уже кое-где выцвело. Нет излишних красивостей, зато все функционально. Добротно.

Всплывает предупреждение, что бортовая система автономного водоснабжения вышла из строя. Соломон не удивлен, он не особо знает все детали устройства судна, и просто пытается разобраться, где конкретно в системе произошел сбой. Скорее всего, раз основные нагрузки приходятся вдоль продольной, основной оси яхты, то что-то случилось с обратным клапаном стационарного бака. Однако проверит он все потом, когда закончится полет. Он пытается пошевелить рукой, но её вес просто поражает.

Рука человека весит около трехсот граммов. С перегрузкой в 7g её вес чуть превышает две тысячи. По идее, он должен быть в состоянии двигать ею. Он проталкивает руку вперед к панели управления, все мышцы трясутся.

Он размышляет, насколько выше семёрки поднимется перегрузка. Сенсоры зависли — значит, ответ он узнает только в конце полёта. Точнее, посчитает исходя из того, сколько длилось горение и какова будет финальная скорость яхты.

Простая арифметика.

И детишки справятся. Его это не волнует.

Он снова тянется к панели управления, на этот раз изо всех сил, но рука его подводит — локоть пронзает боль и кровь пропитывает рукав.

«Вот же ж», — думает он.

Он пытается стиснуть зубы, но, увы, результат тот же, что и при попытке ухмыльнуться. Ситуация становится несколько неприятной.

Если не получится отключить двигатель, то придется ждать, пока не выгорит все топливо и только потом позвать на помощь. Что может быть проблематично. Судя по темпу ускорения, аварийно-спасательному судну понадобится гораздо больше топлива, чем было у него. Может быть, вдвое. Возможно, им потребуется корабль дальнего следования, чтобы добраться до него. Индикатор подачи топлива — маленькая циферка в левой нижней части панели, зеленое на черном. На ней трудно сосредоточиться.

Ускорение выдавливает глазные яблоки из орбит. Высокотехнологичный астигматизм. Он зажмурился.

Такие яхты рассчитаны на длительный полет, а он начал с девяноста процентов в баках. Индикатор сейчас показывает, что израсходовано только на десять минут полета. Подача топлива ползет к восьмидесяти девяти целым и шести десятым.

Так не должно быть.

Спустя две минуты оно снижается до пяти десятых. Через две с половиной минуты — до четырех. Эти значения говорят о том, что полет растягивается на тридцать семь часов, а конечная скорость где-то под пять процентов от скорости света.

Соломон начинает нервничать.

Он встретил её десять лет назад. Научно-исследовательский центр Дханбад Нова был одним из крупнейших на Марсе.

Через три поколения после того, как первые колонисты пробили камень и грунт второго дома человечества, а прогресс раздвинул границы человеческих знаний, технологий и культуры настолько, что их подземный город смог уместить аж пять баров, пусть один из них и был безалкогольной закусочной с музыкой кантри, в которой любили собираться джайнисты и ревностные христиане.

В остальных четырех торговали теми же едой и спиртным, что и в общественной столовой, только с музыкой из динамиков и развлекательными передачами с Земли на настенном экране день и ночь без перерыва.

Соломон и его коллеги встречались здесь пару раз в неделю, когда работы в исследовательском центре было поменьше, чем обычно.

Обычно компания подбиралась из его обычного круга знакомых. Сегодня это были Тори и Радж — они работали по водоподготовительному проекту; Вольтер, которую на самом деле звали Эдит, Хулио с Карлом и Малик, все вместе работавшие над методикой противодействия раковым болезням. И Соломон.