Две твердыни

Арагорн, спеша, взбирался на гору. То и дело он наклонялся, рассматривая почву. У хоббитов походка легкая, и даже следопытам бывает трудно идти по их следам, но почти у самой вершины через тропу перебегал ручеек, и на влажной земле Арагорн наконец нашел то, что искал.

— Значит, следы я разобрал правильно, — сказал он себе, — Фродо поднимался на вершину. Интересно, что он оттуда увидел? И спустился он этой же дорогой.

Арагорн заколебался. Ему хотелось самому подняться туда в надежде увидеть что-то такое, что разрешит его сомнения и облегчит выбор пути, а времени было в обрез. Все же он рванулся вперед, молниеносно преодолел последний подъем на вершину, в несколько прыжков пересек огромные плиты, взлетел по ступеням и, сев в каменное кресло, огляделся. Земля сверху показалась ему очень далекой, а солнце словно потускнело. Над долиной кружила, медленно снижаясь, огромная птица, похожая на орла.

Потом слух Арагорна уловил дальний гул множества голосов снизу, со стороны леса на западном берегу Реки. Арагорн напрягся, вслушиваясь, и вскоре разобрал отдельные крики, а среди них — о ужас — хриплые и резкие голоса орков. Вдруг прозвучал глубокий и сильный зов рога, ударил о гору, забился в камнях и, многократно усиленный эхом, на мгновение перекрыл шум водопада.

— Рог Боромира! — крикнул Арагорн. — Он зовет на помощь! — Следопыт сорвался с вершины и большими прыжками помчался вниз. — Это беда! Сегодня меня преследует злой рок. Что ни сделаю — все плохо. Где Сэм?

Чем ниже он спускался, тем громче слышал крики, а рог звучал все отчаяннее и слабее. Потом вопли орков раздались с удвоенной силой, а рог смолк. Когда Арагорн спустился с горы, стало почти тихо. Обогнув гору слева, он убедился, что голоса быстро удаляются, будто орки уходят, и вот уже нельзя их разобрать.

Выхватив светлый меч, с криком: «Элендил! Элендил!» Следопыт бросился в погоню, ломая ветки.

Немного не добежав до озера, примерно в миле от Луговины Парт Гален, он увидел Боромира. Рыцарь сидел, опираясь спиной о ствол огромного дерева и, казалось, отдыхал. Но в его груди торчало несколько стрел с черным оперением. Боромир крепко сжимал в руке меч, но меч был сломан у рукояти, а расколотый надвое рог лежал рядом. Вокруг валялось множество убитых орков.

Арагорн опустился на колени. Боромир открыл глаза и с усилием прошептал:

— Я пытался отобрать у Фродо Кольцо… каюсь… расплата… — он перевел взгляд на поверженных врагов: их от его руки пало не меньше двадцати. — Невысокликов… забрали… орки в плен. Думаю, что живы… связанные… — он замолчал, опустив тяжелые веки. Но все-таки смог добавить еще: — Прощай, Арагорн. Иди в Минас Тирит, спаси мой народ. Я… Мое… поражение.

— Нет! — горячо сказал Арагорн, беря его за руку и целуя в лоб. — Нет, Боромир, это твоя победа. Большая победа. Мало кто смог бы так. Будь спокоен, Минас Тирит не погибнет.

Боромир слабо улыбнулся.

— Куда они ушли? Фродо с ними? — спросил Арагорн, но Боромир больше ничего не сказал.

— Горе! — воскликнул Арагорн. — Погиб наследник Денэтора, Правителя Сторожевой Крепости! Какой скорбный конец. Наш отряд разбит. Это мое поражение. Я не оправдал доверие Гэндальфа. Что теперь делать? Боромир завещал мне идти в Минас Тирит, сердце мое рвется туда, но где Кольцо и его Хранитель? Где его искать, как спасти наше общее дело?

Он стоял на коленях, опустив голову, держа за руку Боромира, и не вытирал слез. Так его застали Леголас и Гимли. Они тихо подошли, спустившись с западного склона горы, как на охоте, прячась за деревьями. Гимли держал наготове топор, Леголас — длинный кинжал, так как стрелы у него кончились. Оказавшись на поляне, оба замерли, потом склонили головы, поняв, что здесь произошло.

— Горе нам! — проговорил Леголас, подходя к Арагорну. — Мы в лесу охотились за орками, многих убили, но, оказывается, были нужнее здесь. Мы пришли на голос рога, но поздно! Если ты ранен — это смерть.

— Боромир умер, — сказал Арагорн, — я невредим, потому что тоже опоздал. Он пал, защищая хоббитов. Я был на горе.

— Хоббитов? — воскликнул Гимли. — Где они? Где Фродо?