Две чашки кофе

– Поверить не могу,что это- мой дом! – Мне хотелось смеяться от радости, глядя на многоэтажный, сильно покосившийся дом бледно-лимонного оттенка, с разноцветными оконными рамами – красными, синими и жёлтыми.

Дом был старый, деревянный, с помутневшими от времени стёклами и, казалось, может рухнуть в любой момент. И как только меня угораздило выбрать для покупки именно его? Странно, сейчас я даже не могу вспомнить момент, как я оформила сделку купли-продажи – в последнее время меня начинали беспокоить эти незначительные, но всё же провалы в памяти.

Сейчас я стояла в нескольких метрах от дома, в проулке между соседними, тоже старыми, но не настолько покосившимися зданиями.

Я достала телефон, нажала на значок фотокамеры и посмотрела через экран, выбирая наиболее удачный ракурс для фото. И в этот момент вечернее солнце озарило разноцветный дом и кадр показался мне волшебным, так как мы стояли в тени и оттого свет казался ещё ярче. В солнечных лучах медленно парили пылинки и то ли семена, то ли лепестки цветов какого-то дерева – несколько росло как раз за домом.

– Аня, Аня!– позвала я, подпрыгивая от нетерпения. – Скорее, сфотографируй меня! Я встану там, на фоне дома.

Подруга подошла и взяла мой телефон, а я тут же заметила, что в её руках положение кадра изменилось, линия горизонта покачнулась вправо, центр кадра съехал вбок.

Моя вечная проблема – делая отличные фото, я не могла добиться того, чтобы меня саму кто-то сфотографировал идеально. Вот и сейчас я принялась объяснять подруге чего хочу от неё и поправлять телефон в её руках. Пока я этим занималась, солнце скрылось и набежали плотные, кудрявые облака, такие низкие, как будто можно было потрогать их рукой, стоит подняться повыше.

– Ничего, сделаешь фото в другой раз, – Аня сунула телефон мне в руку и усмехнулась: – Сама виновата, супер-фотограф.

Я не ответила, скорчив противную рожицу в ответ и убрала телефон в карман джинсов.

– Пошли скорее, там уже началось какое-то шоу!– Подруга направилась в сторону площади, петляя по узким улочкам города. Я направилась следом, в последний раз обернувшись на своё самое крупное приобретение за всю жизнь – старый дом в малознакомом мне городе.

От площади разносился шум толпы, одобрительные выкрики, но когда мы приблизились, то поняли, что явно что-то пропустили. Мы находились на улице, которая из-за холмистой местности располагалась выше площади, а ближайшим спуском вниз был фонтан, оформленный как лестница и по нему неспешным потоком стекала вода.

На самом верху, как раз возле меня, стояли лакированные мужские мокасины цвета тёмного индиго.

У подножия фонтана полукольцом стояла толпа, окружив подножие какой-то абстрактной статуи, кто-то просто сидел на газоне, но все взгляды были направлены на мужчину в центре, он что-то громко говорил по-английски и толпа радостно гудела в ответ. Мужчина был без обуви.

– Смотри, это же твой любимый Шейн Хоукинс! – Воскликнула Аня и шагнула на первую ступеньку фонтана, не снимая кроссовок и начала медленно спускаться вниз по воде, придерживаясь рукой за «поручни», которые в ночное время суток подсвечивались неоновым цветом.

Я присмотрелась и правда узнала в выступавшем мужчине своего кумира. Сердце гулко ухнуло в груди и ушло в пятки. Я знала, что в городе праздник- День Независимости – но не думала, что здесь будут звёзды, да к тому же он.

Я проследила за подругой, которая уже была внизу и проталкивалась через людей поближе к теле-звезде боевого жанра. Он в это время пожимал руку какому-то парню и что-то вручал – похоже здесь был какой- то конкурс.

Мне было жаль мочить новые туфли – чёрные кожаные «лодочки» с бантиками – поэтому я сняла обувь и ступила босой ногой на холодную мраморную ступеньку фонтана.

Тут в голову пришла мысль и, вернувшись на секунду,я подхватила мокасины, сиротливо стоявшие в стороне. Я довольно быстро спустилась вниз, несмотря на то, что ступеньки оказались очень скользкими для босых ног, а вода- ледяной.

Обогнув толпу и поглядывая на кумира, я приблизилась к площадке, на которой он стоял – подножие статуи. Мне захотелось подшутить над ним, но на английском я знала только «Лондон ис зэ кэпитал оф грейт британ» и то это не точно.

Тем не менее я, продолжая в одной руке держать свою пару обуви, в другой-мокасины кумира ( пусть спасибо скажет, другой фанат уже давно их «умыкнул» бы), я подошла к нему близко, на расстояние вытянутой руки.

С шутливым поклоном я поставила перед ним обувь и улыбнулась:

– Ё шуз, плиз.

Ну, по идее,это должно было означать : «Пожалуйста, Ваша обувь», а там кто знает.

Хоукинс удивлённо воззрился на меня, а толпа почему-то радостно зааплодировала. Что происходит? Я быстро развернулась, находя взглядом подругу. Аня Рейн махала мне рукой из толпы и я направилась к ней, но вдруг поняла, что меня окликнул он.

Разумеется, я не поняла на самом деле ни слова, кроме «Эй», но он позвал так громко, а толпа начала что-то скандировать, похожее на «приз», в этом время Аня сама подбежала ко мне и подтолкнула в обратную сторону: