Двадцать лет спустя

Скажите мне, кто придумал таких жутких монстров, как младшие сестры? Нашел бы этого изобретателя, сказал бы большое и от всей души… гм, "спасибо". И родителям, конечно, за то, что на свет этого монстра произвели, а сами исчезли в неизвестном направлении, оставив заботу о сестрице на меня.

Нет, родители, конечно, ненадолго исчезли, они себе просто что-то вроде отпуска устроили, купили маленькую шхуну и уехали куда-то на острова. На полгода. А мы с сестрицей не захотели, вот и остались в замке моего учителя. Все бы ничего, только эта маленькая язва взяла и сбежала. Теперь мне придется ее отлавливать, а то ведь сестренка быстро найдет себе неприятности на то место, где у нее шило завелось. Что тогда со мной родители сделают по возвращении, подумать страшно. Ну, вот почему ее не потянуло на приключения чуть попозже, когда они вернутся? Или поехала бы с родителями, раз тут ей не нравится.

Вопрос остался без ответа, наверное, потому, что был задан про себя, я вздохнул и отправился к учителю отпрашиваться на поиски сестры.

Учитель нашелся в зале для тестирования экспериментальных образцов. Сидел на полу, скрестив ноги и задумчиво дымя сигаретой, разглядывал нечто ядовито-розовое. Подойдя ближе, я понял, что это черепаха… вроде бы. Странная такая, ну, про цвет я уже упомянул, а еще по нижнему краю панциря у этого существа имелись наросты в виде щеток. Этакая юбка.

— Это что такое? — полюбопытствовал я, осторожно тронув монстра ногой. Существо с неправдоподобной скоростью развернулось и попыталось забраться на мой сапог, активно шевеля щетками.

— Это уборщик, — меланхолично сообщил учитель, пыхнув сигаретой. — Должен быть уборщик… дизайн неудачный, тебе не кажется?

— Особенно расцветка, ага, — в типично папином стиле отозвался я.

— Интересно, если черных полосок добавить, будет лучше? — предельно серьезным тоном спросил он сам себя.

Я деликатно промолчал, отпихивая ногой активно покушающуюся на мою обувь черепаху. Никогда заранее не угадаешь, шутит учитель или всерьез что-то говорит.

Он потушил докуренную до фильтра сигарету о мраморный пол, понаблюдал, как розовое недоразумение кинулось оттирать черное пятно, и, наконец, поднял на меня осмысленный взгляд.

— Что-то случилось, Дань?

Даня — это я, Данила, Данька. Вампир, восемнадцать лет. Приятно познакомиться.

— Слишком беспокойная сестренка со мной случилась, — вздохнул я. Домогательства нелепого уборщика мне надоели, пришлось пинком перевернуть тварюшку вниз панцирем. — Сбежала, представляешь? Причем еще позавчера, а я только сейчас обнаружил, из лаборатории не выходил. Надо ее найти, пока не натворила чего.

— Знаешь где искать? — поинтересовался учитель.

Я отрицательно мотнул головой, тут же огорчившись. Ведь как раз надеялся, что он мне скажет, где, я быстренько туда телепортируюсь, сестренку в охапку и обратно, в родные лаборатории. Но не судьба, не стоило и рассчитывать. Учитель свои способности получать любую нужную информацию из ниоткуда использует очень редко, только когда действительно необходимо. Наверное, даже радоваться надо. Если бы учитель что-то сказал про сестренку, это означало бы, что неприятности она себе уже нажила, и спасать ее надо прямо сейчас, немедленно.

— Ну, так я пойду? — спрашиваю на всякий случай.

— Иди, — разрешил учитель.

Ну и пошел, в свою комнату за подготовленными заранее вещами. Их, впрочем, было немного, стандартный походный набор. Сумка с продуктами, деньгами, сменной одеждой и парой-тройкой зелий. И меч, больше похожий на шпагу — длинный и узкий, в два моих пальца, клинок. И ножны наспинные. Знаю, извращение, такое оружие на спине не носят, да и не вынешь его быстро, если вдруг срочно понадобится. Но это, смотря какие ножны, у меня — хитрые замки с пружинами, одного движения достаточно.

Спустился в конюшню и заседлал своего Рыжика. Его мне отец давно, еще жеребенком, подарил, мы практически вместе взрослели. Мы с ним всегда были лучшими друзьями, если такое вообще можно сказать о коне. Я его даже отпускал часто погулять в одиночку, любил он ночами по степи носиться. Вот так однажды выпустил, а Рыжик на каких-то бандитов нарвался, наверное, они его поймать пытались, конь-то красивый, породистый. Поймать не смогли, подстрелили. Я его утром умирающим нашел, расстроился, конечно, сильно, до слез. Вот тогда во мне склонность к магии смерти и прорезалась, совершенно странная для полуэльфа-полувампира. А Рыжик с тех пор совсем как живой, такой же умный и шкодливый, даже выглядит как жеребенок-двухлетка. И типичной для нежити плотоядностью не страдает, у него даже клыков нету, самый обычный каурый жеребец. Ну, почти… у него глаза по ночам светятся зеленым. Ну, так это сущие мелочи, даже полезно иногда.