На два дыхания .Бонусный рассказ к серии Мемуары Энн Ламберт

Сознание возвращалось медленно, болезненными рывками. Что-то случилось, иначе не оказался бы в такой, как выражаются федералы, заднице. А что задница вышла изрядной, можно даже не сомневаться. Иначе с чего так неприятно знакомо ломит все тело?

Ощущение будило слишком страшную память, поэтому вспоминать не очень-то и хотелось. Но память не спрашивала.

… Все шло гладко. Слишком гладко, отчего в душе засела заноза тревоги. Так не бывает. Еще ни одна наземная миссия не пролетала на одном дыхании, без пакостей со стороны врага. Врага можно понять: как это, нас бьют, а мы терпеть будем?! Но в чем оказалась пакость, он сообразил не сразу…

— Хватит валять дурака, Немель. Вы очнулись.

Голос знакомый… но пока не узнать. Спасибо, имя напомнили. Немель. Да, Немель — это он. Так его зовут враги, которым, по их же собственному выражению, западло произносить полное титулование. И снова неточно выразился. В языке врагов просто нет аналога понятию «а-рестиватаури», когда именуешь противника по всем правилам. Из уважения и из желания взбесить перед дракой, причем второе важнее. Интонацией ведь можно подчеркнуть очень многое. А взбешенный враг совершает ошибки, вследствие чего прощается с жизнью…

Хлопок по щеке. Немель нехотя открыл глаза. Он уже знал, — вспомнил, опознал голос и связал свое состояние с этой личностью, — кого увидит, просто верить не хотелось, что опять…

Да. Опять. И снова. Она.

— Забавно, правда? — усмехнулась Она. — Провидение с завидным упорством сталкивает нас снова и снова. В этом что-то есть, не находите?

Он находил. Но объяснение ему крепко не нравилось. Вряд ли оно понравится и Ей, уж Ее-то Немель успел изучить. Столько лет…

… Когда парни притащили пленного, — без сознания, волоком, — он не насторожился, лишь поморщился. Известная забава: даешь несчастному нож и дальше драка один на один. Бой, так сказать. Раненый с ножом против долбака в броне. Немелю подобные развлечения никогда не нравились. Отчего-то в душе поднималось не достойное, но чистое, как кактусовый цветок, злорадство, когда ребята нарывались на пирокинетика с Альфа-Геспина. И если кто-то из подчиненных получал свое, то Немель строго следил за выполнением условий: победившего — пинком под зад на свободу. И не в космос в скафандре, чтоб дольше мучился, а честно, в нейтральное пространство. С оказанием медицинской помощи, если она требовалась.

Кое-кто бывал этим недоволен и рвался мстить командиру. На доброе здоровье. Отправляя к предкам в личном поединке очередного крикуна, терпеливо объяснял, что не потерпит никаких посягательств на командирскую власть. Убийства на райлпаге убийствами не считаются, если ты недооценил противника и переоценил собственные силы, бросая вызов, то виноват ты, и только ты, никто, кроме тебя. И постепенно подобные развлечения с пленными в отряде Немеля сошли на нет. Вот только новичков не всегда удавалось вразумить кулаком и черным словом с одного раза. И тогда добрый командир предоставлял им возможность повеситься самим, благо война таких возможностей предоставляла с избытком…

— Зачем ты с ним церемонишься? — резкий недовольный голос. — Пристрели!

— Не командуйте, госпожа посол, — ровно ответила Она. — Вы мне не капитан.

Так. Полное и безоговорочное фиаско. Тот, точнее, та, за кем столько охотились, кого большим трудом добыли, снова ускользнула. «Ну, а чего ты ждал?» — самокритично спросил сам у себя Немель. — «Сидишь, стреноженный по всем правилам, руки к ногам, и думаешь, что хотя бы часть миссии удалось спасти? А кто бы спасать стал, те идиоты, с ветром вместо мозгов? Додумались же, притащить в катер Ее…»

— Я выше вас по статусу!

— Не в боевой обстановке, — отрезала Она и добавила неприятным голосом: — Тропинина, я потеряла из-за вашей придури четверых. И мне кажется, что оно того не стоило. Сгиньте с глаз моих! Не то угощу из парализатора.

Тропинина послушно сгинула. Еще бы, после парализатора зверски тошнит, особенно гражданских, и несколько часов в голове болото, сознание путается, несмотря на то, что тело уже восстановилось. Парализатор — это плохо. Хуже только прямой залп в лицо… А хотя, в некоторых обстоятельствах, не хуже! Потому что даль ближайшего будущего встала перед ним в полный рост: телепатический допрос. Инфосфера Земной Федерации — то еще чудовище. Душу сожрет, переварит, вывернет наизнанку и удалит из организма, и все это без наркоза.

Немель уже попадал подобным образом раньше, слишком хорошо помнил, какого рода это веселье, и потому старательно давил в себе ростки ужаса. Получалось не очень. Ему отчаянно хотелось умереть на месте прямо сейчас или сразу же прыгнуть на несколько дней в будущее, под расстрел или на обмен, уже неважно. Только бы пережить предстоящие два дня! Как-нибудь.