Дюна

За неделю до отъезда на Арраки, когда предотъездная суета достигла апогея, к матери Пола пришла старуха.

Ночь в замке Каладан была жаркой, но груда камней, служившая домом уже двадцати шести поколениям семьи Атридесов, дышала той приятной прохладой, которую она всегда излучала к перемене погоды.

Старуха открыла боковую дверь, прошла под сводом коридора к комнате Пола и, заглянув в нее, стала рассматривать лежащего в постели мальчика.

При затененном свете лампы, висящей под самым потолком, разбуженный мальчик различил маячившую у двери грузную женскую фигуру, за спиной которой виднелась его мать.

Старуха более всего походила на ведьму: волосы — как спутанная паутина, темное лицо, глаза сверкающие, словно драгоценные камни…

— Не мал ли он для своего возраста? — спросила старуха. Ее голос был хриплым и гнусавым.

— Вы ведь знаете, что в нашей семье взрослеют поздно, Ваше преподобие, — ответила мать Пола своим мягким контральто.

— Как же, слышала, — прохрипела старуха. — Но ему уже пятнадцать лет.

— Да, Ваше преподобие.

— Он проснулся и слушает нас, маленький хитрец, — хихикнула старуха. — Но хитрость как раз и нужна нашему королевству. И если он действительно Квизатц Хедерах, тогда…

Пол приоткрыл глаза. Два по-птичьи ярких овала — глаза старухи, — казалось, росли и увеличивались, проникая ему в душу.

— Спи спокойно, — сказала старуха, — завтра тебе понадобятся все твои силы и способности для встречи с моим Гомом Джаббаром.

И она ушла, оттолкнув мать Пола и с шумом захлопнув за собой дверь. Разбуженный мальчик лежал и думал о том, кто это такой — Гом Джаббар.

Из всего того, свидетелем чего он случайно стал, самым странным для него было поведение старухи: она обращалась с его матерью, как со служанкой, а не как с леди Бене Гессерит — матерью наследника герцога Лето. «Может, Гом Джаббар имеет какое-то отношение к Арраки?» — размышлял Пол.

Ему еще так много предстояло узнать…

Зуфир Хават, ведающий убийствами при дворе герцога Лето, как-то объяснил мальчику: Харконнены с планеты Арраки — их смертельные враги. Раньше планета была владением Харконненов, с которого они получали доход по контракту с СНОАМ. Теперь их вытеснили Атридесы — герцог Лето взял верх над ними. Он пользуется влиянием в ландсраате и потому очень опасен для врагов. Так говорил Зуфир Хават.

Пол вновь задремал. Ему снилась пещера на планете Арраки, молчаливые люди, движущиеся вокруг него в тусклом свете осветительных шаров. В пещере было сумрачно, как в церкви, и слышался слабый шум воды. Даже во сне мальчик помнил, что услышит его и наяву. Его сны всегда сбывались — он это хорошо знал.

Сон растаял. Пол проснулся в теплой постели и думал, думал… Предстоящее расставание с миром Каладана, где не было ни игр, ни друзей, не огорчало его. Доктор, его учитель, намекал на то, что на Арраки ему будет вольготнее. Люди, нашедшие приют в этом пустынном краю песков, называли себя Свободными, они не были зарегистрированы в Империал Регент.

Ощутив сковавшее его напряжение, Пол решил воспользоваться одним из приемов, которым обучила его мать. При быстрых вдохах, сопровождающихся концентрацией воли, он впадает в состояние прострации… направленное сознание сосредоточивается… кровь, обогащенная кислородом, устремляется в самые отдаленные области тела… в такие минуты животное сознание утрачивает власть над мыслью, над телом… животные побуждения исчезают из сознания и человек получает возможность увидеть самого себя, концентрируя сознание по своему выбору.

Когда заря желтым светом тронула окна комнаты, Пол ощутил лучи солнца веками. Он открыл глаза и услышал звуки суматохи и беготни в замке.

Дверь, ведущая в зал, отворилась, и в нее неслышно проскользнула мать. Ее волосы цвета бронзы поддерживала на затылке черная лента, лицо было бесстрастно, зеленого цвета глаза — серьезны.

— Проснулся? — спросила она Пола. — Хорошо ли ты спал?

— Да.