Дамп памяти

Звёзды смотрели мне в глаза. Они слепили меня. Я нёсся по космосу через вселенные с миллионами планет и плеяд в них. Мириады галактик пролетали мимо меня, сливаясь в бесконечную симфонию цвета исчезая за горизонтом. За мной мчали и они – греноиды.

Греноиды представляли собой андроидов с собственной памятью – со своими чувствами, мышлением, переживаниями и взглядом на будущее. Люди создали их, чтобы они сохранили человеческую мудрость и память о былых временах, если однажды землян не станет в бесконечности пространства и времени.

Было очевидно, что когда-нибудь и их настигнет конец, и планета покроется безжизненной мёртвой пустыней. Дюны будут гнать по ландшафту скелеты и перекати-поле, напоминая будущим путешественникам по звёздам о сгинувших высокоразвитых существах. Когда-нибудь здесь будут ходить инопланетяне и фотографировать человеческие останки и вести записи, пытаясь понять причины их исчезновения. Ветер будет неистово завывать среди скал играя серенады, горько плача о прошлом величии человеческой империи.

Люди знали, что, то, с какой небрежностью они относятся к окружающим их вещам и как по-скотски разбрасываются жизнями вокруг себя, рано или поздно карма настигнет их и отплатит за все былые грехи. Всё, что они знали когда-то навсегда исчезнет, оставив после себя лишь приятное послевкусие.

Выбора, очевидно, у людей было не особо много; либо умереть, либо дать возможность выжить своему виду. По этой причине инженеры-робототехники создали греноидов, и отправили их в космос, чтобы они нашли новые миры для населения их человеческими отпрысками. Конструкция была столь уникальна, что в теле греноидов зарождались новые жизни – эмбрионы, и биологическая клетка приобретала душу. Эти машины анатомически были похожи на людей, только внутри них были позолоченные медные провода и механизмы, тысячи и тысячи проводов облачённые металлом снаружи, скрывающие их органы управления. Греноиды одновременно были и отцами, и матерями, они могли создавать эмбрион в собственном чреве и выносить плод младенца, затем родить их и воспитать. Так греноиды могли заселить бесформенные и мёртвые планеты на другой вселенной жизнью, защищая детей за весь период их становления взрослыми особями, пока те сами не научатся заботиться о себе. Так греноиды заменяли настоящих родителей, которых у них никогда не будет. Машины были запрограммированы на обучение родившихся человеческих детёнышей, помогая им приобретать давно утерянные знания об их виде, об их доме, об их навыках, которыми обладали их предки. Дети шагали в ногу со временем, вглядывались в далёкие звёзды и вспоминая рассказы своих родителей, представляли, как однажды и сами смогут полететь к дому за тысячи световых лет, обратно.

Одним из таких греноидов был и я. Все мы в большей своей степени считали себя людьми. Мы ровно также любили, как и они, и также испытывали боль, и также помнили и могли вспомнить детство, и те или иные отрезки времени в жизни. Только вот – это были не наши собственные воспоминания, а память всех людей, живших на земле. Тех, кто когда-то обитал здесь и оставил после себя память о прошлой жизни и сохранил себя. Воспоминания, которые перенесли в квантово-молекулярный компьютер из умирающих землян, чтобы их знания и опыт не исчезли в песках земного времени. Самое ужасное чувство – это когда мир не помнит вас. Людям хотелось, чтобы вселенная запомнила их и никогда не забывала. Забытые вещи – это вещи, которых никогда не было. И мы стали тем связующим мостом между прошлым и будущим. А мы помним, как мир был прекрасен.