Дублёрша невесты, или Сюрприз для Лорда

— Скворцова, ты что наделала? — сокрушённо произнёс завлаб Тюлькин, не успела Антонина переступить порог кабинета.

— Что? — переспросила Тоня, лихорадочно соображая, где могла накосячить.

Последние дни в лаборатории прошли относительно спокойно: колбы не взрывались, пробирки не лопались, электронный микроскоп жив-здоров.

— Это ты мне расскажи — что, — Тюлькин промокнул платочком вспотевшую лысину. — Всё твои несанкционированные экспериментики. Допрыгалась? Такие люди тобой интересуются, — начальник посмотрел не столько грозно, сколько жалостливо.

— Какие?

— В общем, я подписал тебе отпуск за свой счёт на две недели. Иди.

— Куда? — почему-то первым вырвался самый глупый из сотни вопросов, роящихся в голове.

— В конференц-зал. Они ждут тебя там.

Кто такие эти подозрительные «они», заставившие потеть Тюлькина, Тоня расспрашивать не стала, дабы не вызвать у начальника ещё большую нервозность. Сначала она разберётся, что им надо, а уж потом попробует втолковать завлабу, что никакой отпуск ей не нужен.

В конференц-зале Тоня обнаружила двоих: мужчину и женщину. В строгих костюмах с печатью официальности на лице. Мужчина был одновременно элегантен, подтянут и суров — просто Джеймс Бонд. Женщина производила впечатление крутой бизнес-вумен. Единственная деталь, которая выбивалась из делового образа — большая фетровая бордовая шляпа. Украшавшее головной убор перо казалось несколько неуместным, вызвав в воображении образ Боярского в роли д’Артаньяна. Нет, правда, вот ей бы усы — и вылитый Боярский.

Пара сидела за одним из столов и проглядывала бумаги.

— Антонина Скворцова? — мужчина посмотрел придирчиво. Чуть склонил голову на бок, прищурился. — Подойдите.

Он достал из кармана «корочки», развернул их пред самым носом и, не дав возможности как следует разглядеть, захлопнул. Сопоставив солидный внешний вид документа и его обладателя, а также то, как на посетителей прореагировал Тюлькин, Тоня пришла к выводу, что перед ней представители каких-то очень компетентных органов. Вот только зачем она им понадобилась?

— Садитесь, — мужчина указал на стул.

Тоня расположилась напротив парочки, продолжая пребывать в недоумении и прокручивать в голове все свои последние опыты. Несанкционированные — как их называет завлаб. Вроде бы они закончились относительно удачно. В смысле, без особого материального ущерба для лаборатории.

— А вы по какому вопросу? — Тоня решилась, наконец, выяснить что к чему. — Если насчёт прожжённого ламината, так Тюлькин уже высчитал из моей зарплаты на ремонт.

— Вы подавали заявление на грант? — проигнорировав ламинат, поинтересовался мужчина.

— Грант? — Тоня на секунду зависла. — А, грант. Да, подавала, — от робкой надежды сердце застучало как у зайца — быстро-быстро.

Год назад, когда только окончила университет, Тоня зарегистрировалась на сайте выпускников, чтобы поучаствовать в конкурсе на получение гранта. Заполнила анкету и коротенько так, страниц на пятьдесят, расписала, что стала бы делать с деньгами, если бы их получила. На какие потратила бы исследования и эксперименты.

Тоня уже успела забыть об этом конкурсе, потому что была абсолютно уверена, что ей никогда не выиграть. И вдруг появляются эти официальные лица из компетентных органов.

— Мне выделили грант? — просияла она.

— Почти, — строго ответил мужчина. — Нам нужно уточнить некоторые детали. Тут у нас ваше личное дело, — он указал взглядом на бумаги. — Написано, в старших классах вы участвовали в школьных олимпиадах.

— Да. По химии. Занимала призовые места.

— Это хорошо, что у вас есть опыт участия в конкурсах, — скупо похвалил Джеймс Бонд. — Тут говорится, закончили химический факультет, — продолжил он скользить взглядом по тексту.

— С отличием, — не стала скромничать Тоня. Уж очень хотелось грант. Её воображение уже рисовало собственную лабораторию, где она будет ставить любые опыты, не выпрашивая у Тюлькина разрешение часами.

— Посещали кулинарные курсы и курсы кройки и шитья, — неожиданно вступила в разговор вылитая Боярский. — И как успехи?

Тоня несколько удивилась, причём тут кулинария, кройка и шитьё к гранту по химии. Но, может, проверяют, насколько разносторонне соискательница развита?

— Я прекрасно готовлю. Я же химик — не боюсь экспериментировать.

— А с шитьём как? — не унималась обладательница шляпы.

— Хорошо… наверно, — чуть-чуть засомневалась Тоня. Дело в том, что курсы она закончить не успела — началась сессия, и стало не до них. Последнее занятие, которое посетила Антонина, касалось кройки ночных сорочек. Вот на этом её теоретические познания и исчерпывались. Практических, к сожалению, не было совсем.

— Как вы относитесь к музыке? — продолжила допрос женщина. — Играете на чём-нибудь, танцуете, поёте?

— Ээээ… в основном, слушаю.

— Ничего. Танцы мы подтянем, — снисходительно сказала она и поглядела на напарника. Тот одобрительно кивнул, и обладательница шляпы вновь обратилась к Тоне: — Вы нам подходите.

— Мне дадут грант?! — обрадовалась Антонина.