Другая сторона озера

Сейчас, когда я закончил эту книгу, я смотрю назад и все еще не могу поверить, что описанное на этих страницах произошло со мной всего несколько месяцев назад. Возможно, это потому, что произошедшие события все еще не вписываются в сложившуюся за всю мою жизнь картину мира.

После бегства из России, как только я оказался в своем новом пристанище, я принялся делать записи, десятки раз вспоминая одни и те же события, боясь того, что со временем от меня начнут ускользать важные детали того, что произошло на болотах тверской области в те предновогодние дни.

Должен сказать, что моё беспокойство появилось не на пустом месте. Поскольку спустя всего неделю, с момента как я покинул Россию, некоторые, казавшиеся мне незабываемыми события, уже утратили былую яркость. Но хуже того, я стал пытаться объяснить все произошедшее в рамках обычной логики. И это приводило к тому, что ум старался выкинуть все, что не входило в картинку привычного мне мира, за его пределы, и оказавшись там, в тени моего внимания, удивительные события начинали растворяться и исчезать.

Сделанные мной в те дни записи начинали казаться мне не моими. Я не мог поверить в написанное. Но я знал, что записи мои, и что делал я их, полностью отдавая себе отчет в том, что делаю. А новые записи, по воспоминаниям, давались мне все сложнее день ото дня.

В какой-то момент, спустя месяц или чуть больше после начала работы над книгой, тут в Аргентине, я практически отчаялся собрать весь материал в одну слитную историю, которую я бы мог рассказать другим. Историю, которую бы смог понять и ощутить любой человек, который увидел в себе потребность поиска того, что находится за пределами нашей повседневной жизни. Но я не отчаялся и не бросил попыток, за что был вознагражден. Один человек, посланный самим проведением или Духом, пришел мне на помощь. Моим благодетелем оказался наш садовник по имени Хулиан.

Он видел, как на протяжении нескольких недель, каждое утро я выходил во внутренний двор и, усевшись за небольшой столик в углу за пышным кустом, куда не добирались солнечные лучи, исписывал стопки листов, то и дело что-то черкая или рвя бумагу. Если Хулиан оказывался рядом, когда я сминал и отправлял в корзину очередной, испорченный лист, он шумно выдыхал воздух сквозь зубы и ободряюще подмигивал мне. Я кивал в ответ и возвращался к работе.

В одно утро, я проснулся в мрачном настроении, но все же заставил себя сесть за записи. Работа шла ужасающие плохо, и я то и дело вздыхал и нервно зачеркивал написанные абзацы. В какой-то момент, видимо утомившись смотреть на мои страдания, Хулиан, копающийся в клумбе рядом со столом, подошел ко мне и стал что-то бодро объяснять на испанском языке, который я практически не понимал, что ему было известно. Я напомнил это Хулиану, используя те немногие слова, что знал, добавляя язык жестов. Но тот не унимался. Тогда я крикнул в распахнутую дверь дома и позвал Сантьяго. Его приставили ко мне с первого дня моего прибытия в Буэнос-Айресе, как переводчика и охранника по совместительству. При помощи Сантьяго мне удалось поговорить с садовником, который смог заинтересовать меня одной практикой, которой его научил перуанский шаман. Она касалась способа вспоминать события и людей.

В дальнейшем нам пришлось общаться с помощью словарика и языка жестов, поскольку Хулиан пояснил, что дело это интимное, и передать свое знание он может только одному человеку.

Не буду вдаваться в детали той практики, которой научил меня Хулиан, но она сработала. Уже через неделю или чуть больше я освоил практику припоминания. Это стало для меня настоящим откровением и облегчением, одновременно. Я понял, что все, что мне нужно, – это правильная настройка, а не потуги ума, пытающегося строить логические цепочки и попутно сваливающегося в бесплодное самокопание. Как я выяснил немного позже, все тоже самое относится и к написанию книги. Главное – это создать настройку, а не очередную жвачку для ума. Общение с аргентинским садовником помогло мне сделать еще немало открытий, но об этом когда-нибудь позже. А сейчас я могу отправить свою повесть другу – редактору и посмотреть, что из этого всего выйдет. Возможно, когда-то, когда пройдет достаточное время, что бы обезопасить людей, связанных с данной историей, эта книга увидит свет и поможет кому-то начать свой поиск того, что скрыто за рамками повседневного мира.

20.12.