Другой

Владимир Клименко

ДРУГОЙ

Предуведомление автора, сомневающегося в том, что оно необходимо

Вначале эти разрозненные листки бумаги посчитали очередной мистификацией. Потом, после тщательных исследований, о них перестали даже упоминать. Скорее всего, оригиналы сейчас хранятся в одном из государственных архивов с грифом "секретно", или что там еще пишут в подобных случаях. Но, к счастью, остались копии, которые при современном развитии Интернета просто невозможно уберечь от посторонних глаз. В комментариях к тексту профессора славистики из Карлова университета в Праге Павла Полнички говорится, что обнаруженная в библиотеке старых рукописей Вышеграда папка датируется девятнадцатым веком. Она содержит сто семь листов бумаги, отпечатанных типографским способом. Позже по конфигурации шрифта и способу печати, а также по качеству бумаги было неопровержимо доказано, что рукопись никак не могла появиться именно тогда. Мало того, ее нельзя отнести и к настоящему времени. Оставалось единственное предположение, что рукопись каким-то образом попала к нам из будущего. Кое-что мог бы объяснить введенный физиками в последние годы в обиход термин "ветер времени". Не этим ли фантастическим сквозняком занесены были листы то ли бумаги, то ли какого-то особого пластика в нашу современность? Не на это ли рассчитывал, когда вел свой дневник, оставшийся безымянным хранитель последней в мире библиотеки? Те, кто интересуется подобными парадоксальными явлениями, может сам без моей помощи ознакомиться с комментариями Павла Полнички, войдя в систему Интернета. Меня же заинтересовала страница из дневника, посвященная неизвестной книге. Но позже мне показалось, что, изъяв этот листок из контекста, я смогу его использовать в качестве предисловия к моей собственной рукописи, Что я и делаю.

"14 марта

Сейчас, когда надобность в искусственных носителях информации отпала, эта книга выглядит анахронизмом, но мне, хранителю рассыпающейся от старости библиотеки, человеку, привыкшему доверять печатному слову, она представляется одним из важных документов ушедшей эпохи - времени, образующим шаткий мостик между "до" и "после". Я еще помню годы, когда подобной литературой зачитывались миллионы людей, отыскивая в текстах подтверждение своим мыслям о правильности выбранного пути. Впрочем, встречалось немало и тех, кто, напротив, находил в этих книгах ошибочность суждений и оставался полностью уверенным в вымышленности событий и персонажей. Теперь уже трудно судить, кто из них был прав. Мир изменился настолько, что мне трудно становится двигаться вместе с ним, оказываясь каждый новый день за очередным горизонтом. Боги стали как люди, и люди стали как боги. Да и само понятие человек трансформировалось настолько, что иногда я задаю себе вопрос: кем же мы сейчас являемся на самом деле? Но ответить на него я не в состоянии. Единственной надежной опорой для меня остаются книги. Старые, наивные картонные шкатулочки с хранящимися в них листами бумаги. Когда-то они правили миром, бережно передавая от поколению к поколению накопленные человечеством знания. Как странно, что теперь они кажутся ненужной рухлядью, приметой далекой старины, в которую можно заглянуть, но уже никогда не вернуться. Не уверен, что события, описанные здесь, действительно имели место, как не уверен и в том, что их не было. Возможно, этот текст переделывался и переписывался не один раз и теперь уже фамилия автора не имеет значения главное, что каким-то непостижимым образом был обозначен путь, соединяющий несоединимое. Конечно, прежние поиски смысла жизни кажутся теперь детской игрой. Но ведь они и на самом деле были такими - человечество взрослело очень медленно, продираясь через массу заблуждений и ложных истин. И все же эта книга - то ли хроника, то ли фантастический вымысел - до сих пор привлекает меня. Иногда я бережно перелистываю ее ставшие хрупкими страницы, чтобы вновь и вновь убедиться в вещественности ушедших времен. Странно, но это так".

Часть I

Я В Ь

Степь

- Кто это там внизу, около засохшего дерева? - Не оборачивайся, лети прямо. - Давай спустимся к нему. - Не надо. Он - Другой! - Ну и что? Он совсем маленький и слабый. - Он жестокий и злой. - Он нуждается в помощи. - Не спорь попусту. Этот мир убили Другие. - Но если не поможем мы, он тоже может погибнуть. - Каждому своя судьба. И помни, он - Другой!