Другая

Человеческая жизнь, какой бы длинной она ни казалась, на самом деле ничтожно мала. Ирма Мироновна в свои 89 лет понимала это лучше всех. Вот уже год как она схоронила мужа, с которым прожила почти семьдесят лет. Всю жизнь она любила его и была верна. Она считала себя счастливым человеком, и чтобы не лишиться своего счастья и не прогневать богов, всегда была добра к людям, никогда не делала зла, не лгала и не сквернословила. Но вот уже год Ирма Мироновна не хотела жить. Может, все было бы иначе, если боги дали бы ей ребенка. Возможно, она не была бы так несчастна и одинока сейчас.

Ирме Мироновне казалось, что она уже испытывала такое одиночество очень-очень давно. Это чувство было связано с ее первым детским воспоминанием. Ей тогда было два годика, и она плакала. Ирма Мироновна хорошо запомнила теплые руки нянечки и ее добрые успокаивающие слова: «Все будет хорошо, Ирмушка, не плачь». Это был ее первый день в детском доме.

***

— Ирма Мироновна, вы опять засиделись допоздна. Не замерзли? — спросил женщину молодой охранник.

На городском кладбище Николай работал уже полгода и за это время привык видеть скорбящих людей. Чисто по-человечески молодому охраннику, конечно, было их жаль, но он научился не принимать чужую боль близко к сердцу. И все же к старушке, которая приходила на могилу своего мужа каждую неделю, он испытывал жалость.

— Нет, Николушка. Все хорошо. Спасибо.

— Будьте осторожны, — сочувственно сказал охранник.

— Постараюсь. И ты береги себя.

Она вышла из ворот кладбища и неспешно пошла к автобусной остановке. Городское кладбище хоть и городское, но все же далеко от города.

«Я устала, — горько сказала Ирма Мироновна невидимому собеседнику, — устала жить без тебя! Я старая, мое тело и мой разум износились!» Она коснулась на безымянном пальце золотого широкого кольца. За годы, что она его носила, кольцо вросло в палец, и теперь снять его можно было разве что разрезав металл. Но Ирма Мироновна так поступить с ценным для нее артефактом не могла.

***

Резкая боль разлилась по голове. Кто-то ударил женщину так сильно, что она почти потеряла сознание. Она упала на колени, даже не осознавая этого.

«Закричать, нужно закричать!» — в смятении подумала Ирма Мироновна. Она открыла рот, но голоса не было. Даже хрип выдавить из себя она не могла. Горло сжимали невидимые руки страха и непонимания. Разум помутнел. Осознание того, что происходит, было урывочным. Ее кто-то закинул в кузов старой маршрутки. Пол был такой же грязный, как и порванные кресла для пассажиров. Она почувствовала боль в руке. От укола голова закружилась, и тело женщины обмякло. Ирма Мироновна провалилась в темный кошмар.

Очнулась Ирма Мироновна от холода. Реальность была настолько немыслимой, что этот момент казался ей продолжением ее страшного сна. Она не могла понять, зачем кому-то понадобилось похищать старуху? На органы ее тело не годилось, выкуп брать было не с кого. Оставалось лишь одно предположение, она попала в лапы к психопату.

Страшно умирать в муках. Дожить почти до 90 лет и умереть от руки маньяка! Первый раз за всю жизнь Ирма Мироновна пожалела, что у нее крепкое сердце. Да и не только сердце, весь ее организм был хоть и стар, но оставался здоровым, у нее даже зубы были свои. Может, потому, что она никогда не курила? Запах сигарет ее раздражал с самого детства. А может, потому что не злоупотребляла спиртным? Фужер сладкого вина за ужином она могла себе позволить, но не больше. Если она выпивала больше, то у нее могло разыграться воображение, могло привидеться даже то, что с ней никогда не происходило. Поэтому она не любила алкоголь. Но сейчас женщина с удовольствием выпила бы что-нибудь и покрепче. Пусть ее разум затуманится, пусть начнутся видения, лишь бы этот ужас закончился.

Ирма Мироновна не знала, сколько времени пролежала на холодном полу фургона, но когда машина остановилась, женщина уже продрогла до мозга костей. Она почти не чувствовала ног, а руки с трудом шевелились.

Похититель вытащил ее из машины, бросил на пол. Помещение, в котором оказалась Ирма Мироновна, было похоже на большой гараж. На стенах висели полки с разными инструментами и железными банками, а у дальней стены стоял верстак. Единственным не вписывающимся в эту обстановку было большое зеркало. Оно начиналось от самого пола и оканчивалось почти под потолком.

Псих схватил ее за волосы и оттащил в центр гаража. Кинул на грязное подобие матраца, а сам прошел к верстаку и включил ноутбук.

— Я готов! Как вы и хотели. Старуха. Что мне с ней сделать? — спросил похититель у кого-то по ту сторону экрана.

— Трахни! — громко ответил металлический голос.

От услышанного Ирму Мироновну затрясло уже не от холода. Что? Ее? Чужой мужчина? Стыдоба-то какая! Поверить в происходящее было непросто. Как вообще с ней в ее преклонном возрасте такое могло произойти?!

— Ну че, бабка, твой звездный час настал! — сказал маньяк и стянул с себя куртку.