Дранг нах остен по-русски. Тетралогия (СИ)

Annotation

Наши современники, туристы, сплавлявшиеся весёлой кампанией по уральской речке Куйве, в рамках "тура выходного дня", оказываются в середине 16 века. Там же, на речке Куйве, на границе Строгановских земель, но, за несколько лет до похода Ермака на покорение Сибири.

   Часть кампании решает добираться в Москву, полагая, что только там смогут применить свои знания с должным успехом. Эти оптимисты надеются занять достойное себя место на Руси, либо в Европе, если повезёт.

Зайцев Виктор Викторович

Зайцев Виктор Викторович

Дранг нах остен по-русски

Глава 1.

   Проснулся Николай от ощущения опасности, как это бывало с ним не раз. В палатке спокойно похрапывали соседи, справа, на ткани, отражались сполохи тлеющих углей костра. Недалеко мирно журчала речка Куйва, в лесу орала какая-то птица. Шума шагов или разговора не было слышно, но, ощущение опасности возрастало. Стараясь не шуметь, Николай натянул штаны, кроссовки, и выполз из палатки. Так и есть.

   К костру подходили трое оборванцев с палками в руках.

   - Просыпайтесь, живо! - толкнул своих соседей по палатке мужчина и выпрямился, направляясь к незнакомцам. Те бесцеремонно проверяли стоящие рядом эмалированные вёдра с остатками ужина, половником зачёрпывая кашу со дна.

   - В чём дело? Кто такие? - Командирским голосом окликнул чужаков Николай, не показывая торопливости, быстро приближался к костру. Внешний вид бродяг всё больше не нравился ему. Мало того, что трое посторонних мужчин были одеты в непонятные замшево-меховые изделия, разбудившие в глубинах памяти слово "кухлянка". У двоих чужаков на плече висели луки, колчаны со стрелами, третий держал в руке настоящую пику, с тёмным древком, видавшим виды. А за поясами всех троих явно были заткнуты топорики. Не это насторожило Николая, а спокойное равнодушие уверенных в себе душегубов, с каким к нему повернулись чужаки. Они были так уверены в себе, что молчали, поджидая, пока Коля подойдёт ближе.

   - Кто такие? - Ещё громче повторил турист, подавая друзьям в палатке сигнал поторопиться.

   Вместо ответа, один из чужаков, молча, ударил его копьём в живот. Равнодушно, без всякой угрозы, словно мясо резал. Однако бил стальным наконечником во всю силу, что помогло провести приём, как на экзамене. Коля правой рукой отбил копьё в сторону, мгновенно скользнул к противнику, вставая сбоку впритык. Левая рука привычно толкнула чужака в бедро, а правая ладонью уже наносила сильный удар в лицо, ломая носовые хрящи. Подножка завершила связку, а Николай уже наносил следующему чужаку удар выхваченным копьём, но не лезвием, а противоположным концом древка, в солнечное сплетение.

   Третий, оставшийся на ногах, чужак не успел ничего сделать, а древко уже било его с разворота по затылку. Привычно отскочив в сторону, Николай осмотрелся на поляне. Из палатки выбирались его друзья, не попадая ногами в кроссовки. Других чужаков поблизости не было, лишь три котомки лежали у подножия огромной ели. Выходит, чужаков было лишь трое, это радовало.

   Не прошло и трёх минут, как к связанным злодеям вышел из своей палатке Павел Аркадьевич, руководитель тургруппы, самый старый среди них. Он недоверчиво проверил пульс у связанных людей, все живы. Затем присел, рассматривая выложенные у костра трофеи. Пока он сидел и перебирал топоры, колчаны, затем отошёл к котомкам и высыпал их содержимое на траву, разглядывая, туристы просыпались. Многих разбудил разговор и шум, другие просто привыкли рано подыматься. Шёл второй день плаванья, никто не успел устать, да и накануне практически не пили, попрятались в палатках от моросящего дождя сразу после ужина.

   Добрых полчаса ушли на разъяснение всем ситуации со связанными чужаками. Учитывая, что никто из троих незнакомцев не отвечал на вопросы, а взгляды исподлобья пугали своей дикостью, большинство туристов склонилось к двум вариантам. Либо эта троица обкуренных туристов-реконструкторов, игравших в покорения Сибири Ермаком. Либо это перепившие до очумения бомжи из соседних деревень, заброшенных с разгулом демократии. В обоих вариантах оставалось ждать, пока хулиганы оклемаются и придут в себя. Развязывать их никто из туристов даже не предлагал, выслушав рассказ Николая.