Дракстрём

Великая буря нависла над домом ярла Раггарда из Брюггенгфальма, что вот уже тридцать лет беспрекословно исполнял свои прямые обязанности, как блюстителя народного спокойствия и данных ему божественных законов на родной земле. Границы его родины, полыхая в яростном огне, страдают от безжалостных нападок западного недруга из Бруваргарда, который в засуху потерял практически весь свой урожай, а на помощь соседей ответил беспрекословным отказом, посчитав, что лучший способ выживания – это священная война!

Перед ярлом стояло сразу несколько задач: удержать хрупкую власть, защитить свой народ и сохранить земли, чтобы не произошло внезапного голода и в пределах уже его страны. Были предприняты все возможные меры по предотвращению продвижения врага на восток и север, который подобно стихии не считался ни с чем и ни с кем, что попадалось на его пути. Люди, желающие защитить свой кров и спасти жизни близких, бросали все домашние дела и, вооружаясь, шли на защиту Отечества, оказывая достойное сопротивление свирепству и жестокости диких соседей. Так продолжалось несколько лет, пока к предводительству в Бруваргарде не пришёл достойный человек, способный успокоить своих озверевших соплеменников, дав им возможность самим, наконец, вернуться к своим истокам и хозяйским делам. Тем более засуха давно закончилась, и почва требовала немедленной её обработки, а люди устали от бесконечных схваток и зверств, что учинялись не только на полях сражений. Так завершилась эта, не принёсшая никакой пользы ни одной из сторон, война – мирным соглашением между ярлами Раггардом из Брюггенгфальма и Вегардом из Бруваргарда. Договор был скреплён свадьбами, а потому считался действенным даже для особенно ярых противников союза.

По случаю завершения бедствий и началу родственных сношений между двумя древними странами, Раггард объявил о праздничных пирах во всех уголках великого Брюггенгфальма. Народ собирался в шумные толпы и боготворил ярла в песнях за его бесподобную защиту своей отчизны, за деяния и непомерную верность, какой могло наделить воображение захмелевших гуляк и красноречие скальдов. По случаю всех празднеств было сожжено огромное множество идолов с изображениями злосчастного бога войны, а оставшийся пепел распускали по ветру на побережьях по морю, объявляя о начале нового времени и новых надежд. Всюду звучала музыка, доходившая до самых скромных уголков, оповещая о прекрасной поре, а добродушное настроение разрасталось столь же стремительно, как и некогда сама война. Благодать переполняла каждый дом. Никто не чувствовал себя безучастным.

Прошло ещё нескольких недель, и ярл объявил, что необходимо по случаю победы направить драккары на север, дабы больше обогатить свой победоносный народ, заполучив дань и захватив новые земли под свой контроль, и вознести страну к небывалому её великолепию. Закоренелые мореходы восприняли для себя это как настоящий вызов, а зелёные юнцы получили шанс оказаться в тех же рядах среди славных воинов, о которых они могли слышать только в сказаниях и легендах. Сотни кораблей становились на вёсла и отплывали в дальний путь на север к берегам Смьюггенгфальма, где их ожидали тёплые воды и добрая нажива. Морские походы считались отдельным искусством, которое никак не равнялось с обычной войной. Война приносила голод и страх, походы – богатили и славили своих участников.

Капитан драккара «Ормульв» по имени Бьёрн не упустил возможности прибавить и к своим заслугам ещё немного достижений во имя могучего ярла и всего пантеона богов. В местечке под названием Фреирваль Бьёрн вновь сколотил свою старую добрую команду и отошёл к берегам собственной славы и вернулся, как подобает герою: в почёте и наградах, восхваляемый современниками.

Ярл ликовал. Его люди совершили для власти добрую службу, укрепив её до небывалого ранее могущества, взамен чего он наделял каждого небезучастного землями и титулами, не нарушая древних законов предков. Не обошла стороной ярловская милость и членов команды драккара «Ормульв». Капитан и его люди получили положенные им титулы и наделы, все богатства были поделены поровну, но сам Бьёрн отказался от высокопочтенного и столь желанного места при дворе, заявив, что море он никогда не покинет, а потому останется с ним до окончания своего века. Другие тоже последовали примеру своего капитана, сохраняя верность и достоинство, оставшись с ним и его драккаром в родном поселении Фреирваль у бухты Сноррирстейн.