Дракоты

— Девушка, уберите собаку!

«Сам ты собака», — подумала Настя, за ошейник оттаскивая Джока от приглянувшегося ему сугроба. Сугроб неожиданно сверкнул ярко-синими глазами, Настя смахнула с ресниц налипшие снежинки и обнаружила перед собой кошку — белую-белую, пушистую-пушистую. Ясно, почему Джок заинтересовался — он обожает заводить новые знакомства, причем биологический вид потенциального друга ему совершенно неважен. Кошка, ворона, соседский ребенок — какая разница, сенбернары ведь добрые и дружелюбные, все это знают.

Кроме хозяина белой кошки.

— Белка, ты цела? — он подхватил любимицу на руки, словно спасенную от дракона принцессу, бегло осмотрел и повернулся к Насте: — На собак, между прочим, положено надевать намордник, вы в курсе?

Ага, и на некоторых людей тоже надо бы.

Джок, уловив мысли хозяйки, фыркнул, потом вздохнул — кошка была хороша. Наверное, случайно выскочила из квартиры, вряд ли этот тип ее так выгуливает — в тапках на босу ногу, шортах и расстегнутой куртке.

Тип тем временем добежал до подъезда, остановился перед дверью, охлопал карманы, шипяще выругался. Кошка, до тех пор наблюдавшая за Джоком через хозяйское плечо, с любопытством обернулась — что-что сказал?

— Извини, Бель, — вздохнул тип, развернулся и лицом к лицу встретился с Настей и Джоком, которые как раз тоже дошли до двери. Снова вздохнул. Помялся, но решился: — Девушка, а вы… тут живете, да?

Настя хмыкнула и вынула из кармана ключи. Соседей она более-менее знала в лицо, а этого парня видела впервые. Впрочем, загадка раскрылась сразу же — дверь на первом этаже оказалась открыта.

— Стёп, ты куда ломанулся-то? — поинтересовалась немолодая женщина в цветастом халате, выглянувшая из квартиры. — О, Настюша, доброе утро!

— Доброе утро, теть Лиз, — на ходу поздоровалась Настя. Соседка на той неделе упоминала о приезде племянника… ага.

Парень молча нырнул в квартиру, где-то внутри хлопнула дверь.

— Ишь ты, — хмыкнула тетя Лиза. — Не поверишь, Насть, так над этой кошкой трясется, словно она из золота у него. А она, зараза, шустрая такая, так и норовит выскочить, второй раз за утро ловит. И все ругается — ему какую-то работу закончить надо, весь день за компьютером сидит, а приходится бегать… Говорю: какая работа, тридцать первое число, — а он только отмахивается, деловой, — соседка укоризненно покачала головой.

Джок шумно вздохнул и встряхнулся, во все стороны полетели мелкие капли и не успевшие растаять снежинки. Тетя Лиза ойкнула, рассмеялась, потрепала его по макушке и, попрощавшись, захлопнула дверь.

Настя пожала плечами и выкинула странного типа вместе с его кошкой из головы. Тридцать первое, да. Дел сегодня еще куча.

Второй раз белая кошка попалась Насте днем. Девушка как раз возвращалась из магазина, когда над головой раздалось приветственное «мяу». Настя взглянула вверх и обнаружила, что часть снега на растущей у подъезда березе снегом вовсе не является.

— И что ты там забыла? — укоризненно поинтересовалась девушка. — Слезай, кис-кис!

Кошка фыркнула и одним невесомым прыжком соскочила с ветки. Легко взбежала по ступеням, остановилась, обернулась на Настю — что смотришь, открывай уже!

— Я к тебе швейцаром не нанималась, — проворчала девушка, прижимая ключ-таблетку к замку. Кошка грациозным облачком вспорхнула вверх по лестнице, села на коврик у своей двери, снова обернулась. Синие глаза смотрели требовательно и, как показалось Насте, насмешливо. Девушка вздохнула и нажала на кнопку звонка. Дверь распахнулась.

— Теть Лиз, тут… — начала она, подняла глаза и нос к носу столкнулась с новым соседом. — Ой.

— Вы? — удивился парень.

— Мяу, — сказала кошка.

Сосед посмотрел вниз и издал мученический стон:

— Бель, ну что такое?! Как ты…

— Она на дереве сидела, — подсказала Настя. Кошка с независимым видом проскользнула в квартиру мимо хозяина.

— Спасибо, — буркнул тот и захлопнул дверь. Из квартиры донеслось приглушенное: «Я же просил закрыть форточку!»

— Пожалуйста, — сказала Настя закрытой двери и медленно пошла вверх по лестнице.

Странная кошка.

— Да, мам, конечно, и елку нарядила, и салаты нарезала. Ну как, президента послушаю и спать лягу. Почему одна, Джок со мной. Ой, ну не начинай. Ага, хорошо. И тебя с наступающим.

Настя потерла уставшее от телефона ухо. До нового года оставалось полтора часа. За окном то и дело взрывались фейерверки, в доме напротив задорно перемигивались огоньками праздничные гирлянды. Мама, конечно, переживает — сама мысль о том, что дочь будет встречать новый год в одиночестве, едва не заставила ее бросить все и приехать — ну и что, что четыреста километров, это же семейный праздник! Еле удалось отговорить. Увы, работа под конец года навалилась не только на племянника тети Лизы и сама Настя приехать к родным не успевала никак.

— Ну и ничего, отметим вдвоем, — пробормотала Настя, отставляя в сторону миску с салатом. Оливье Джок любил не меньше, чем она, а мандарины — даже больше. — Да, малыш?

Тишина.

— Джок?