Дракон в зефире

Лерочка Мокошина спешила и, как обычно, безнадежно опаздывала. По дороге сломался каблук на новеньких босоножках, не выдержав последствий очередной неудачной диеты на кислых яблоках. Только от одного вида зеленобоких Лерочку уже начинало тошнить. Хромая и оскальзываясь на скользком полу, она мчалась к стойке регистрации пассажиров. Ее самолет, ее долгожданный отпуск, ее море и пляж, ее принц!.. Ну в последнем Лерочка была не столь уверена, но все-таки надеялась… Пусть она не стройная худышка, как ее подружка Машка, зато грудь у нее настоящая, а еще в наличие рыжие кудри и миловидное личико. И мечталось девушке, что под знойным турецким солнцем встретится ей жгучий страстный брюнет, непременно богатый и красивый, который подхватит ее на руки и унесет во дворец…

Вот только сейчас ее подхватил неумолимый людской поток, и так неудачно подхватил! Лерочка ойкнула, поскользнувшись, и шлепнулась задницей на пол. Досадливо растирая мягкое место, она огляделась вокруг. Ее голубые глаза наполнились слезами — никто из проходящих мужчин даже не подумал протянуть ей руку и помочь встать!..

— Вставай! — железной рукой Машка вздернула ее на ноги и потащила за собой. — Клуша, вечно тебя ждать приходится! Опаздываем!

В самолете было непривычно и душно. Лерочка боязливо присматривалась к спутникам, украдкой бросая на них взгляды из-под ресниц. Один из парней был очень симпатичный, светловолосый и широкоплечий, с широко расставленными глазами и ослепительной улыбкой. Парень знал себе цену, сразу положив глаз на Машку, и нахально клеился к ней, представившись Жорой, инструктором по полетам. На Лерочку он внимания не обращал, лишь пару раз недовольно скользнув взглядом, когда она поправила его, что у самолета нет крыльев, а есть всего одно крыло, если это не биплан, конечно. Девушку училась в авиационном вузе на предпоследнем курсе и в силу природной старательности была отличницей, хотя мечталось ей совсем о другом. Лерочка обожала шить и вязать, но неумолимая маман запихнула нерадивую дщерь в технический вуз на зубодробительную специальность, мотивируя это решение тем, что среди одних мальчишек ее неуклюжей свинке будет легче выскочить замуж. Но увы и ах… С этим тоже не сложилось.

Машка кокетничала напропалую, то обиженно вздергивая носик, то благосклонно улыбаясь соседу. А еще она откидывала каштановые волосы со лба таким естественным и одновременно чувственным движением руки, что Лерочке только и оставалось завистливо вздыхать и коситься в окно. Внизу колыхалась темно-синяя гладь моря, в которую впивались, как слоновьи бивни, очертания суши. Лерочке представилось, что она вместе с самолетом выросла до гигантского дракона, летящего над игрушечным миром. Стоит лишь накрениться, махнуть крылом, повернуть шеей, полыхнуть пламенем, и мир исчезнет, осыплется пеплом, останутся лишь она и небо…

— Дух захватывает, правда? — вкрадчиво спросил ее старик, который до этого тихо дремал, прикрывшись журналом.

Лерочка вздрогнула от неожиданности, отрываясь от иллюминатора, и робко кивнула спутнику. Он был высохшим, словно мумия, и абсолютно лысым, кроме бровей, которые выступали пышными наростами, словно птичьи гребешки. Сходство с чудовищной птицей добавлял крючковатый тонкий нос, почти скрывавший тонкую прорезь рта. При этом уродливый старик был странно притягателен в дорогом костюме и облаке тонкого мужского парфюма.

— Самолет — это целый мир со своими правилами, — тихо проговорил старик. — Вы боитесь летать, Лерочка?

Девушка вздрогнула. Она не помнила, чтобы называла ему свое имя.

— Мы знакомы?

— Конечно… не боитесь, — удовлетворенно кивнул он и откинулся на кресле, затянув глаза бесцветной пленкой. — Это хорошо…

Больше он не проронил ни слова, похрапывая и посвистывая. Лерочке было скучно. Машка как-то незаметно слиняла, а следом за ней исчез и блондин. Кажется, подружка уже нашла себе пару.

— Ничего, ничего, — убеждала себя Лерочка, доставая из сумки вязание. — Вот сейчас отдохну, загорю, похудею. И сразу найду себе кого-нибудь. Или даже лучше — сам найдется!