Дракон Романо

Болгария, г. Банско. Риелторская контора

— Данис? Видишь брюнетку? — молодой мужчина в черном костюме указал на девушку, что сидела на диванчике у кабинета.

— Да, Романо.

— Хочу ее. Сегодня вечером эта чаюри[1] должна быть у меня дома. Понял?

— Не вопрос, — пожал плечами. — Будет сделано, — потом вдруг осекся, — а твой отец в курсе?

— Он знает, что я решил воспользоваться правом трех месяцев перед свадьбой. Да и какая тебе разница? — чуть дырку в нем не прожег взглядом карих глаз, которые на мгновение зажглись красным. — Тебя разве мой отец нанял?

— Нет, — опустил голову.

— Вот-вот. И зарплату я тебе плачу не за вопросы, а за исполнение моих приказов. Не будет ее к вечеру, сожру, — с раздражением одернул пиджак, после чего вышел из здания.

— Сожру, сожру… только и слышу сожру, — мужчина еще раз глянул на девушку, запомнил ее лицо и на всякий случай сфотографировал на свой айфон. Все-таки тут ошибки быть не должно.

Двумя днями ранее

Болгария, г. Банско. Парк Пирин

— Долго еще? — Надя с содроганием сердца посмотрела вниз с обрыва.

Таксист же ловко маневрировал вдоль горного серпантина, даже слишком ловко. Того и гляди занесет на очередном повороте и прости, прощай.

— Полчаса-час, дочка, — седой Шумахер с пышными усами подкрутил радио, и в салон полилась народная мелодия. — Наслаждайся пейзажем. Я всю жизнь здесь прожил, а налюбоваться так и не налюбовался.

А Надя опять глянула вниз, и желудок скрутило от ужаса. Она-то здесь тоже далеко не первый раз, но дорога от аэропорта до дедушкиного дома давно уже вызывает страх и ужас. Чего Надя боялась, так это высоты. Вот когда ребенком навещала Георги, еще ничего было, а с возрастом появился страх высоты. Просто однажды сходила с друзьями на колесо обозрения и все. Поднялась здоровым и жизнерадостным человеком, а спустилась бледной чуть ли не заикающейся поганкой.

И чтобы как-то справиться с паникой, Надя достала из рюкзака старую книгу в кожаном переплете. Эти сказки написал ее дорогой Георги. Дедушка славился бурной фантазией, бывало, такие вещи рассказывал, аж кровь стыла в жилах. Правда, все над ним смеялись, а вот он порою сам верил в то, что говорил и писал. С годами сказок становилось все больше, и однажды дед купил толстую тетрадь, заменил бумажную обложку на кожаную с запахом. Остаток лет Георги посвятил переписыванию историй в эту тетрадь, которая превратилась в целую книгу. Для внучки старался. Ведь Наденька любила дедушкины сказки, даже когда училась в старших классах, даже когда вовсю интересовалась мальчиками.

Жил дед в небольшой деревне близ городка Банско. Из окон его дома открывался невероятный вид на горы Пирин.

Девушка развязала шнурок, распахнула книгу и отыскала любимую сказку под названием «Червеният[2] дракон прилетит с закатом», из-за маневров читать все равно бы не получилось, но иллюстрации порассматривать вполне. Их тоже Георги рисовал. И вот, над названием, выведенным красивым почерком, пестрела картинка, на которой огромный дракон нес через леса и реки прекрасную деву. По сей день картинки именно этой сказки вызывали трепет в душе, было в них нечто чарующее и одновременно ужасающее. Хорошо, что сказки это лишь сказки. Эх, Георги мог бы составить отличную конкуренцию тем же братьям Гримм, в его историях мистики с элементами ужасов было предостаточно. Но писал он так, что ужасы не пугали, скорее завораживали.

Вдруг слезы подкатили. Дедушка умер неделю назад, а Надя лежала в больнице с фолликулярной ангиной и не попала на похороны. И каково было удивление, когда мама сказала, что Георги оставил свой дом именно ей, любимой и единственной внучке. С того момента терзали Надю муки совести. Выходит, не проводила любимого деда в последний путь, а за наследством едет. Еще и мама предложила продать дом, все-таки следить за ним некому. Родители давно как перебрались в Россию, в далеком девяносто пятом отец приобрел квартиру в Москве, другой же родни у деда не было. А дому нужно внимание, уход. Более того, деревня пользовалась популярностью у туристов, софийские бизнесмены понастроили там коттеджей и сдавали в аренду любителям спокойного горного отдыха. Так что, можно было бы продать дом одному из застройщиков. Наде как раз не помешают лишние деньги. Купила бы себе однушку и съехала наконец-то от родителей. Они замечательные, любящие, заботливые, но хочется уже свой угол. В двадцать-то лет можно.

Надя была девушкой деловитой, еще в школе приучилась к самостоятельности, поскольку каждое лето с классом отправлялась то в поход с палатками, то на турбазу какую, то на экскурсию в Европу. И уж после всех приключений жить одной, да расплюнуть. Родители тоже не сопротивлялись ее желанию. В любимом ребенке были уверены почти как в себе.

Спустя час таксист доехал-таки до деревни.