Драгнилы. Культ Сладкой жрицы

[Ожившая легенда]

Величественный и печальный, он стоял в кромешной темноте в ожидании Сладкой Жрицы. Той что дает заколдованный рисовый десерт и воскрешает достойного жизни драгнила.

Ален-лен Лотос пал духом сильного воина, защищавшего границы Королевства Заколдованных Драгнилов от вторжения воинов прочих магических государств, коих в Межмирье бесчисленное множество.

От того, что Ален Лотос был главой Войсковой Палаты – числился первым в рейтинге сильных и величественных драгнилов из пятерки других, и мог занять место короля после его смерти.

Низший класс драгнилов из простых рабочих почитал королевское войско – защищать границы государства очень престижно. Но стать одним из лучших под силу только избранным.

И дело не в голубой крови, а в личных достижениях перед королем. Потому бедняк мог запросто стать следующим королем после службы, вызвав того на смертельный бой. А дрались, как правило, в обличье драконов на специально отведенной воздушной арене. На смерть.

Но если воинственный драгнил погибал раньше схватки с королем, то на усмотрение Сладкой Жрицы мог воскреснуть. И затем вернуться в Королевство Заколдованных Драгнилов в желаемых – социальном положении и возрасте, подписав определенный договор с этой самой Жрицей.

Договор Воскрешения воин мог оформить только семь раз. С каждым последующим договором воскрешения рейтинг воина значительно падал. Вместе с этим снижалась и возможность претендента занять королевский престол.

У Алена Лотоса это было первое воскрешение.

Наконец из темноты показалась прекрасная Сладкая Жрица, чья персона будоражила воображение многих знатных драгнилов.

Ее желали как женщину, слагали о ней легенды и посвящали баллады. Но жрица неприступна для всех, кроме короля. Только король имел право любить Сладкую Жрицу. И только в том случае, если это будет взаимно.

В противном – согласно тем же легендам король долго не жил. Если он был не люб жрице, она могла его отравить.

Такой слух распространен среди низших драгнилов. Верить или не верить этому – было делом отдельно взятого гражданина королевства.

Все боялись Сладкой Жрицы. Простой народ драгнилов никогда не видел ее настоящий лик. Поговаривали также, что для каждого короля предначертана своя жрица: якобы она могла бесконечно умирать и воскресать для правителей королевства.

По той же причине государство звалось Королевством Заколдованных Драгнилов.

Была еще одна легенда о Сладкой Жрице и Короле Драгнилов. Та гласила, будто служение королю у жрицы передавалось по наследству. Не убивала она короля, а жила с ним в мире и согласии, словно супруга.

Но ее все также никто не видел. На свадебных церемониях или в моменты ее пришествия перед павшим драгнилом – голова и тело по плечи всегда накрыты красной вуалью, либо плотной тканью.

Король правил, жрица – воскрешала храбрых воинов и достойных гражданских драгнилов. Итак до тех пор, пока не умирал правитель.

Драгнилы не бессмертны. Живут до трехсот лет. Но в любой момент могут погибнуть при разных обстоятельствах: от руки недруга, внешнего врага, родовой болезни или от несчастного случая.

Ален Лотос умер. Так совпало, что не стало и короля: будучи в полном расцвете сил и абсолютном здравии он не проснулся от внезапной остановки сердца. А короли не возрождаются.

Завидев, красную вуаль в темноте, Ален шагнул навстречу.

– Наконец вы явились, о прекрасная Сладкая Жрица! – воин нахмурился в попытке сосредоточенно рассмотреть лицо новой жрицы за скрывающей тканью.

Правда, о том, что жрица новая, он пока не знал.

– Приветствую, храбрый драгнил.

На мгновение в голове жрицы пронеслись яркие эпизоды схватки воина с инородным врагом. Ален Лотос получил серьезное ранение от рога другого драгнила, распоровшего ему все брюхо. Чешуя в стороны и последующий багровый дождь его крови с небес, окропивщий собой враждебное войско.

Жрица невольно вздрогнула, произнесла:

– Ты храбро сражался и достоин воскреснуть королем. Но…

При этом “но” Ален Лотос в волнении сглотнул, сделал шаг вперед:

– Но?

– Грядет смута. Рисовый десерт, что предназначался тебе, кто-то съел. Прямо сейчас.

– Что? Как? Так разве бывает? – воин поджал губы от досады и сделался мрачнее тучи.

– Кажется, да, – голос жрицы прозвучал неуверенно, и Ален готов был поклясться, что сама она сейчас прикусила нижнюю губу.

– Тогда как вы узнали? Почему его не остановили?

– Я шла с вашим договором в руках, но потом он вдруг испарился, просто исчез.

– Постойте… не понимаю, а что с прежним королем?

– Он умер в одно время вместе с вами.

– Ох, как печа…

Ален замолчал на полуслове, потому что в этот самый момент жрица откинула красную вуаль:

– Помогите мне, я ведь его совсем не знаю, я ведь предназначена вам, – округлив в испуге глаза, затараторила она.