Довлатов и третья волна. Приливы и отмели
Описание
Книга Михаила Хлебникова продолжает исследование жизни и творчества Сергея Довлатова, акцентируя внимание на периоде его эмиграции в США. Автор подробно анализирует сложные литературные связи, встречи, непростые взаимоотношения Довлатова с другими известными писателями, такими как Лимонов, Аксёнов, Войнович. Книга описывает новые тексты, публикации, издание газеты «Русский американец», а также срывы и возвращения к писательскому труду. Работа представлена в формате PDF A4 с сохранением издательского макета.
Егору…
И вообще я понял, что только начинаю.
Как и положено – в сорок лет.
© Хлебников М. В., 2023
© ИД «Городец», 2023
Путь Довлатова в свободный мир оказался непростым. Встреча с ним затянулась на несколько лишних часов. Из дневника Игоря Ефимова:
Встречал в аэропорту Довлатова и его мать, Нору Сергеевну. Не встретил. Оказывается, что он так надрался при пересадке в Будапеште, что его не смогли перенести из автобуса в самолет. Прилетел на следующий день и позвонил уже из гостиницы. Я сразу к нему приехал, объяснил все варианты, какие их ждут. Они понемногу приходят в себя.
Сложности, сорвавшие вылет из венгерской столицы, начались еще при посадке в Союзе. Эра Коробова вспоминает в очерке «Мой сосед Довлатов», напечатанном в «Русской мысли»:
В недлинной очереди покидающих он был последним. Хотела написать «замыкающим», но замыкающим был не он, а следовавший за ним с автоматом наперевес и казавшийся малюсеньким пограничник. Все, кто был впереди по трапу, поднимались, оборачиваясь, но уже торопливо. Их быстро втянуло внутрь, и на середине трапа остались только двое. Сергей поднимался к самолету спиной, с руками, поднятыми высоко над головой, помахивая огромной бутылью водки, уровень которой за время ожидания отлета заметно понизился. Двигался медленно, задерживаясь на каждой ступени. Вторым был пограничник, который настойчиво и неловко подталкивал Сергея, и тот, пятясь, как-то по частям исчезал в проеме дверцы.
Как бы пошло это ни звучало, алкоголь выполнил свою функцию анестетика, заглушив смятение чувств, пространственную дезориентацию. Нервы у эмигрантов выдерживали не всегда. Суховатый и собранный Ефимов в ожидании близкой мировой славы держался хорошо. Иные мастера слова срывались. Одновременно с Ефимовыми и Довлатовым с матерью в Вене оказалась семья писателя Кирилла Успенского (Косцинского). О нем я писал в первой части. В Вене он уже бывал. В 1945 году подполковник Косцинский участвовал в боях на улицах столицы Австрии. Теперь он оказался здесь с семьей в ожидании визы в Америку. Неопределенность действовала выматывающе. Ефимов пишет в дневнике 2 сентября 1978 года:
Очень худо с Кириллом. Он сказал, что Аня недавно, во время очередной ссоры, кинулась на него с ножом, так что он должен был вывернуть ей руку и надавать пощечин. Настоящая драма, но без всяких сложностей: просто вздорная, злая, ленивая, беспредельно эгоистичная баба.
На этом фоне жизнь Довлатова лишена ярких поворотов. Он с матерью селится в отеле с хорошим названием «Адмирал». Часть его расходов оплачивает Толстовский фонд. Тридцатого августа в Вену приезжает корреспондент «Радио Свобода» Юрий Борисович фон Шлиппе. В эфир он выходил под скромным именем Юрий Мельников. Шлиппе берет у Довлатова и Ефимова большие интервью. Материал с Довлатовым режется на три части и выходит 13, 16, 17 сентября. В передачах использовались отрывки из «Невидимой книги» в исполнении Юлиана Панича – известного советского актера, эмигрировавшего еще в 1972 году. Мельников интервью начал с интересного пассажа: виновато ли «Радио Свобода» в том, что Довлатов пострадал? Напомню, в апреле «Невидимая книга» транслировалась в эфире. Довлатов снимает с радиоголоса ответственность, напоминая о своих публикациях в «Континенте» и «Времени и мы».
Похожие книги
1812 год в жизни А. С. Пушкина
Эта книга не просто биография А. С. Пушкина, но и исследование его произведений, посвященных событиям Отечественной войны 1812 года и заграничным походам русской армии. Книга подробно анализирует, как эти исторические события отразились в творчестве Пушкина. Она рассматривает его лицейские годы, влияние военных событий на его произведения, и рассказывает о его связи с военными деятелями того времени. Книга также проливает свет на исторический контекст, дополняя пушкинские тексты историческими справками. Это уникальное исследование позволит читателю глубже понять творчество великого русского поэта в контексте его времени.
100 великих литературных героев
В книге "100 великих литературных героев" В.Н. Еремин исследует влияние и эволюцию образов знаменитых литературных персонажей. Автор, предлагая оригинальный взгляд, рассматривает их роль в общественном сознании и культуре. Книга прослеживает развитие персонажей от их создания до наших дней, анализируя основные идеи и философские концепции, которые они воплощают. От Гильгамеша до современных героев, вы погрузитесь в увлекательный мир мировой литературы, обнаружив новые грани знакомых персонажей.
Черный роман
Болгарский литературовед Богомил Райнов в своей книге "Черный роман" предлагает глубокий анализ жанра детективного и шпионского романа. Исследуя социальные корни и причины популярности данного жанра, автор прослеживает его историю от Эдгара По до современных авторов. Книга представляет собой ценное исследование, анализирующее творчество ключевых представителей жанра, таких как Жюль Верн, Агата Кристи, и другие. Работа Райнова основана на анализе социальных факторов, влияющих на развитие преступности и отражение ее в литературе. Книга представляет собой ценный научный труд для всех интересующихся литературоведением, историей жанров и проблемами преступности в обществе.
MMIX - Год Быка
Это глубокое исследование романа Булгакова «Мастер и Маргарита» раскрывает пять слоев скрытого подтекста, не считая оригинальной историософской модели и девяти ключей-методов, зашифрованных автором. Взаимосвязь образов, сюжета, символики и идей романа с книгами Нового Завета и историей христианства делает это исследование новаторским для литературоведения и современной философии. Автор, Роман Романов, предлагает оригинальный взгляд на сложные символы и идеи, предлагая читателю новую перспективу восприятия великого произведения.