Доспехи бессмертного воина

Никогда не знаешь, чем обернется визит незваного гостя, пока не откроешь дверь… В этом отеле посетители — редкое удовольствие.

Он появился на пороге. Высокий худощавый субъект, закутанный в шерстяной плащ, приподнял мятую шляпу и представился:

— Гиз! Зовите меня просто Гиз. Здесь пятьсот тысяч долларов — это всё вам.

Не дожидаясь приглашения, он подошел к столу, бережно поставил на него чемодан и стал выкладывать предметы, похожие на приборы для аэрофотосъемки, вперемежку с пачками стодолларовых купюр.

— Из аэроклуба меня отправили к вам, мистер Кейзи. Так и сказали: или вы — или никто. Поэтому вы и никто другой полетите со мной к Ущелью Туманов.

Полеты в этом районе не разрешались из-за неопределенной метеорологической обстановки. Над ущельем стоял густой туман в любую погоду. По преданию аборигенов, не так давно ушедших из этих мест, на дне ущелья спит грозный великан, спустившийся на землю в золотом яйце, и потревожить его дыхание — все равно, что обречь на гибель человечество. Ущелье действительно дышало. Иногда облака поднимались, и лучи восходящего солнца освещали вершины гор. Но потом туман опять опускался в ложбину и лежал неподвижно несколько дней.

Гиз сидел у меня до позднего вечера. Грел у камина длинные пальцы, рассказывал о своей работе в техническом колледже, о путешествии по Южной Америке, где он узнал об Ущелье Туманов и непременно решил побывать в нем. Я уверял его в том, что полет может оказаться опасным и мой спортивный самолет, приспособленный для обучения стажеров, совсем не годится для работы с его аппаратурой. Все напрасно. Он по-прежнему стоял на своем. А потом убежал, оставив свои вещи на столе вместе с пятьюстами тысячами долларов, происхождение которых вызывало не меньше подозрений, чем сам гость.

Он несколько раз встречал меня возле аэродрома, настороженно смотрел в глаза и задавал один и тот же вопрос: «Ну, как? Туман не поднялся? Лететь еще нельзя?»

— Нет, нет! — отвечал я и каждый раз ждал, что он придет, сложит обратно в чемодан деньги и приборы, скажет все, что я, по его мнению, из себя представляю, и больше не появится. Но проходила неделя, другая. Гиз терпеливо ждал. Он казался мне сумасшедшим. Он или я? Один из нас точно был не в своем уме. Я — потому что мне нужны были деньги. Гиз — потому что чувствовал: рано или поздно я сдамся… Никто никогда не летал над Ущельем Туманов, никто не знал, насколько безумной может оказаться затея.

Между туманом и вершинами гор открылась щель порядка двухсот футов. Так высоко облака, еще не поднимались, и я решил использовать момент, чтобы в одиночку потревожить покой «спящего великана». Через несколько секунд полета под плотным слоем облаков началось головокружение. О фонарь бились крупные желтоватые капли, расплющивались и разлетались тонкими струйками. Видимость сокращалась, а бортовые приборы словно сошли с ума… Последнее, что я успел рассмотреть — это огромная скала, возникшая из тумана прямо по курсу.

Я очнулся от собственного крика у себя в отеле около полудня и не мог поверить, что это сон. Моторы еще гудели в ушах, во рту — привкус гари и керосина.

Гиз в это утро явился прямо в отель.

— Кажется, мистер Кейзи, сегодня мы с вами могли бы лететь?

Видит Бог, с каждым днем мне все меньше хотелось рисковать головой, а сегодня — особенно. Но по его тону стало ясно, что разговор предстоит серьезный.

— Если верить древним легендам, — начал Гиз, — которые я тщательно изучил, несколько веков назад над этим ущельем потерпел крушение космический корабль. Его-то я ищу много лет. Аборигены утверждали, что он привез на землю «доспехи бессмертного воина»…

— Никакая мистика, мистер Гиз, не стоит наших с вами загубленных жизней. Пролететь над ущельем невозможно даже при высоком тумане. Я сожалею…

— Эта «мистика» может стоить сотен загубленных жизней. Корабль разбился, но аппарат, привезенный им на землю, продолжает работать.

— Лететь в ущелье — самоубийство.

— Что случилось мистер Кейзи? Еще вчера вы были настроены иначе. Уж не приснился ли вам дурной сон?

— Именно, сон.

— Сон? — Гиз вздрогнул и с ужасом посмотрел на меня. — Сон!!! — закричал он так, что на полке в буфете задребезжала посуда. — Что за сон? Как вы посмели говорить мне о снах, о ваших сумасшедших снах, о которых я знать ничего не хочу!!!

Захлебываясь от ярости, он схватил меня за ворот пижамы и тряхнул так, что чуть не сломал шею.

— Вы летали во сне? Летали над Ущельем Туманов?

Мои попытки освободиться от его невероятно, нечеловечески сильных рук не увенчались успехом.

— Вы просто не представляете себе, что натворили! Кто просил вас соваться в ущелье… без меня, — с этими словами он выволок меня на балкон, прижал к чугунной решетке и едва не выдавил ее.

— Ненормальный, вы меня убьете!

— Убью? Негодяй! Кто сказал, что вас можно убить?

Он вцепился мне в горло и я, задыхаясь, почувствовал, что переваливаюсь через перила.