По дороге могущества. Книга четвёртая: Роган

Ослепительно-яркая синяя вспышка резанула по глазам, а через мгновение на меня обрушилась взрывная волна и все звуки моментально умерли в звенящей тишине. Подхваченный бешеным потоком, я на миг словно растворился в нём, чувствуя себя безвольной куклой, оказавшейся в эпицентре разрушительной стихии и несущейся навстречу собственному забвению.

А потом подо мной разверзлась пустота, дыхание перехватило и грянул ужасающий удар о каменную брусчатку. Левый бок пронзила резкая боль, затем меня вновь подкинуло в воздух и поволокло дальше, кувыркая по земле. Голова буквально взорвалась от головокружения, а перед глазами пронёсся хаотический калейдоскоп из разрозненных образов, которые невозможно было увязать воедино.

С последним ударом всё внезапно прекратилось. Ощущая разливающуюся по всему телу боль, я с трудом смог втянуть ртом воздух в сжавшиеся лёгкие и едва не захлебнулся от хлынувшей в горло крови. Сотрясаясь в спазматическом кашле, всё же нашел в себе силы и перевернулся на бок, принявшись отхаркивать алые сгустки на внутреннее забрало шлема, в то время как мысли тонули в непрекращающемся тошнотворном писке. Но несмотря на разлетевшееся вдребезги сознание, мне всё же удалось ухватиться за его ускользающие осколки и невероятным усилием воли вернуть себе хотя бы частичную власть над разумом. И едва приступ прекратился, я тут же вдохнул как можно больше воздуха и, сцепив зубы, уперся слабыми руками в землю и с вырвавшимся из глотки ревом заставил себя подняться на колени.

Оглушенный стуком собственного сердцебиения, я смотрел сквозь залитые кровью глазницы шлема на медленно приходящих в себя силзверов — ещё не до конца восстановившееся зрение вырывало из шевелящейся кучи окровавленные клыкастые пасти, вгрызающиеся в пепельную грязь острые когти и расширенные от шока звериные зрачки. Обычный человеческий интеллект в таком состоянии был бы не в силах вычленить что-либо полезное из увиденного, но мой мозг силпата, усиленный силой сотен убитых и поглощенных противников, практически моментально собрал все части мозаики воедино, проанализировал и вынес весьма неутешительный вердикт: дело — дрянь.

Взрывная волна хоть и хорошенько накрыла этих тварей, вот только удалённые от эпицентра задние ряды практически не пострадали и уже пришли в движение. Думаю, осталось чуть меньше минуты до того, как они доберутся до меня и разорвут на куски.

Нужно действовать, и действовать быстро.

Опускаю голову, нахожу взглядом последнюю висящую на поясе волшебную табличку с исцелением, срываю её и ломаю во вскинутом кулаке.

— Итэати Арос! — вырывается изо рта активатор древнего заклинания, чья магическая формула подобно молнии пронзила сознание, и тут же освежающая волна регенерации прошлась по телу.

Рывком встаю на ноги, мысленно активирую “Вторую кожу”, полностью убирая в подпространственный карман всё обмундирование и одежду, и немедленно начинаю трансформацию.

Пустарная энергия хлынула в тело и с невообразимой болью воплотилась в новую плоть, которая в свою очередь складывалась в тугие мышцы и толстую кожу серого великана. Все кости с хрустом стали расти, позвоночник увеличивался и вытягивался, массивные плечи раздались вширь, а череп мяло и корёжило, пока он не превратился в огромную голову горного тролля. И когда метаморфоза завершилась, я глубоко вдохнул и заревел во всю мощь могучих лёгких, расставив в стороны мускулистые руки и оголив острые клыки, а через мгновение бросился на заверещавших в ужасе врагов.

В прыжке ворвавшись в толпу пытающихся убежать тварей и насладившись раздавшимся под ступнями хрустом костей и лязгом смятых доспехов, я принялся с неистовой яростью обрушивать на них гигантские кулаки, стремясь за раз накрыть как можно больше ублюдков. Поддавшиеся панике зверосилпаты толпились и мешали друг другу в попытке убраться от меня как можно дальше, тем самым лишь ещё сильнее облегчая мне задачу: я лютовал в кровавом угаре, расшвыривая зверей и монстров широкими ударами рук и ног, загребал пальцами визжащие тела вместе с кусками брусчатки и бросал навстречу бесящимся задним рядам, что тщетно пытались пробиться ко мне через лавину перепуганных собратьев.