Дома (СИ)

Руссет Анастасия.

Дома.

– Алексий, ты же знаешь, я ненавижу связываться с Ириной!

Высокая русоволосая девушка с короткой стрижкой и злобным выражением лица нависла над сидящим в кресле человеком, всем своим видом выказывая недовольство сложившейся ситуацией. Её пальцы с обкушенными по краю ногтями сжались в кулаки. Казалось, что ещё немного – маг не отделается простой угрозой и всё-таки будет побит.

– Успокойся, Милолика, – миротворчески улыбнулся Алексий. Хотя глаза его остались холодными, как всегда. – Она хорошо заплатит. То, чего она хочет, стоит очень дорого.

Высокий чернобородый мужчина лет сорока. Худой и поджарый, как породистая борзая.

– Сколько? – Наемница заинтересованно подняла бровь, прикидывая про себя, сколько ещё нужно золота, чтобы выкупить свою свободу окончательно, отдав магу все деньги.

– Столько, сколько весит товар, – спокойно ответил маг.

Милолика присвистнула. Она хорошо знала про скупость хозяйки города. Впрочем, как и про её любовь к мужчинам, которых у нее был целый гарем. Об этом знали все.

– Это очередной мужик, да? – Полюбопытствовала девушка.

Маг поглядел на партнершу, оценивая степень её спокойствия. Милолика демонстративно разжала кулаки, улыбнулась и села в кресло напротив Алексия. И впилась в мужчину внимательными, синими, как грозовое небо, глазами. Иногда её взгляд напоминал магу обнаженный клинок, готовый нарезать чужой ум ломтиками, чтобы подать хозяйке на завтрак. Алексий никогда не жалел, что выкупил девушку у работорговцев.

– Это нага, – вздохнул он. – Человек-змей.

Глаза Милолики расширились, и девушка что-то забормотала на родном языке, который маг так и не удосужился хорошо выучить. Но выражение «царь-полоз» он знал. И был согласен, что эти слова полностью отражают их сущность. Именно царственная змея, по-другому настоящего нагу назвать было сложно. Подземные повелители, люди-змеи, шипящий народ, змея-оборотень. Названий было много, но ни одно полностью не могло отразить суть.

Царственные красивые люди. Обычно бледнокожие. С огромными, в пол лица, глазами и ядовитыми клыками во рту. Они могли превращаться в змей полностью или частично. И жили веками, храня мудрость мира в своих подземных дворцах.

– Алексий, зачем ей это? – Милолика, наконец, закончила бормотать и обратила внимание на мага.

– Ну, – вздохнул он, – у мужчин нага некоторые физиологические особенности, отличающие их от человека. Два члена – в змеиной ипостаси. А еще они поют очень хорошо. Так говорят.

Маг не собирался говорить Ирине, что обе эти особенности присущи только нага из королевской семьи. И Милолике тоже, если уж на то пошло. Потому что с ушлой девицы сталось бы залезть в подземные дворцы и выкрасть наследника, если бы за это хорошо заплатили. А за такое нага не просто убивали...

– И где мы возьмем новую игрушку для этой обезьяны? – Уточнила наемница у партнера.

– Не называй так заказчицу, я же просил, – поморщился Алексий. – По крайней мере, подожди, когда мы уедем из города, и рядом не будет её соглядатаев.

– Как скажешь, Хозяин, – кивнула Милолика, невинно похлопав ресницами. Она прекрасно знала, что эта фраза всегда выводит мага из себя.

Девушка встала и подняла со стола маску, небрежно сброшенную при входе в помещение. Без этого легкого кусочка кожи наемница не выходила на улицу. Маска была предназначена для того, чтобы прикрывать левую половину лица, обезображенную длинным шрамом. Милолика прекрасно знала, что последствия рваной раны на лице совершенно не красят женщину. В этом её не раз убеждали своим поведением несостоявшиеся любовники, с ужасом глядевшие на лицо без маски.

– Мы выезжаем завтра на рассвете, – поморщился Алексий. – Купи нам ещё одну лошадь на всякий случай.

Он не зря прославился, как самый умный маг побережья и прекрасно догадался, что Милолика дразнила его специально. Поэтому решил отомстить, заставив делать мелкую работу, которую вполне мог бы доверить простому слуге. Девушка ухмыльнулась и протянула руку ладонью вверх. Алексий вздохнул и молча полез за кошелем.

***

– Когда ты говорил про путешествие, – пропыхтела наемница, – ты не упоминал, что оно будет длиться почти два месяца.

Последние две недели она очень плохо спала, ворочаясь и вскакивая, вся в поту. Из-за этого Милолика была нервной и язвительной, стараясь уколоть Алексия как можно больнее.

– Да, – согласился маг.

– И ты не говорил, что нам придется иметь дело с сумасшедшей Фридой!

– Да.

– Ты еще помнишь другие слова, кроме слова «да»?

– Да, – ответил он.

Алексий откровенно наслаждался поездкой на юг, успев вывести Милолику из себя уже около двухсот пятидесяти раз. Он искренне любил эту девочку, купленную на невольничьем рынке в Хорезме по случайному и безумному порыву около двенадцати лет назад. Возможно, он пожалел несчастную маленькую сакалиб[1], совершенно обезображенную жуткими на вид шрамами. А, возможно, уже тогда увидел в ней не просто ребенка, а великую деву-воина. Такую, о которых ходили легенды. Бесстрашную. Безупречную. Полную внутреннего света.