Дом Живых. Арка третья: Лопата кумкватов

— Что это за место? — спросил Полчек. — И как вы видите в этом тумане?

Корабль движется в непроницаемом белом мареве, с тихим плеском разрезая морские воды. В трюме его что-то ритмично пыхтит, по корпусу идёт равномерная вибрация. Лодочник смотрит вперёд через наклонное стекло рубки, положив одну руку на окованное медью колесо штурвала, другую — на латунные головки рычагов, торчащие из пола причудливым кустом.

— Отчасти помогают очки. Но больше — опыт.

Когда «Безумный Крылодыр» отчалил от тайного пирса во Всеношне и канул в туман, лодочник снял дыхательную маску. Сейчас на его лице лишь массивные гоглы с тёмными стёклами, под ними молодое лицо представителя человеческой расы. Вместо плотной хламиды с капюшоном — куртка с кожаными вставками и множеством карманов, на голове — шляпа с обвисшими полями, с которых свисают на шнурках многочисленные мелкие амулеты.

— Мы идём через Край, — пояснил он. — То, что вы видите вокруг, лишь особый род галлюцинации. Нет никакого тумана. Нет никакого моря. Наш мозг отгораживается этими картинками от того, что показывают ему глаза.

— И что же они показывают?

— Ничто.

— И как оно выглядит?

— Никак. Живущие на кифандирах не могут воспринять реальность Края, потому что это не похоже ни на что, виденное ими ранее. Их разуму не из чего выстроить картинку, поэтому он просто затыкает прорехи первыми попавшимися текстурами. Обычно это море и туман, потому что они самые простые.

— А вы, значит, видите всё как есть?

— Вы не поняли, — лодочник покачал головой, амулеты на шляпе закачались с сухим стуком. — Нет никакого «как есть». Мы на изнанке Альвираха, тут просто не на что смотреть. Иллюзии, которые вы считаете вашим миром, развёрнуты к нам обратной стороной.

— Как будто мы зашли на сцене за декорации? — спросил Полчек заинтересованно.

— Хорошее сравнение, — согласился Лодочник. — Пассажиры всегда спрашивают. Наши глаза приспособлены чтобы смотреть на текстуры. А мы за ними, и здесь нет света, который мог бы отразиться от предметов, и нет предметов, от которых мог бы отразиться свет.

— И как же вы управляете вашей ладьёй? У неё даже парусов нет…

— Это краевой проницатель. Ему не нужны паруса, потому что тут нет ветра, ему не нужны киль и руль, потому что тут нет моря. Отчасти он является условностью, ведь для перемещения по Краю не нужны корабли. Однажды все, кого вы знаете, умрут и окажутся здесь — и я вас уверяю, тогда преспокойно обойдутся без лодки. Увы, вы уже лишились возможности убедиться в этом лично.

— Вряд ли это приятный опыт, — сказал Полчек равнодушно.

— Кто знает? — пожал плечами Лодочник. — Уж точно не я.

— Вы разве бессмертны?

— Нет. Я не старею, пока не дышу воздухом Альвираха, но меня можно убить. Предупреждаю — это сложнее, чем кажется. И моя смерть не расторгнет ваш договор, смотрите примечание би сорок шесть к пункту четыре-восемнадцать.

— Ничего такого и не думал, — фыркнул Полчек. — Францис… Ах, да. Вино теперь придётся наливать самому.

— Бар слева, вон тот шкафчик.

— Отличный сервис.

— Спасибо, что пользуетесь услугами «Безумного Крылодыра». Не забудьте поставить пять звёздочек и написать положительный отзыв.

— А скажите, вы действительно перевозите души умерших в Град Осуждённых? — спросил Полчек, звякая стеклом в шкафчике.

— У вас кто-то недавно умер?

— Да, мой дворецкий. Внезапно оказалось, что это был самый близкий человек. То есть гоблин. Иногда надо умереть, чтобы о тебе вспомнили.

— Соболезную.

— Мы встретились бы с ним в посмертии, если бы я не заключил договор?

— Я не знаю. Наше посмертие иное. Киноринх, владыка смерти и наш господин, позаботится о каждом из нас отдельно. И нет, мы, разумеется, не перевозим души умерших. Это суеверие. Вы знаете, сколько разумных умирает на Альвирахе ежедневно?

— Нет. Сколько?

— И я не знаю. Но мне определённо понадобился бы корабль побольше.

— И в чём тогда смысл вашего существования?

— А вашего?

— Туше, — признал Полчек. — Выпьете со мной?

— Я за штурвалом, — Лодочник похлопал ладонью по ободу. — Но вы пейте, не стесняйтесь.

— Грустишь? — спросила Спичка, усаживаясь рядом с Завирушкой на борту.

— Немного, — призналась девушка. — Сама не знаю почему.

Он свесила ноги за борт и болтает там новенькими сапожками, перемешивая туман.

— Так бывает, — согласилась дварфиха. — Эль хочешь?

У неё в руках огромная кружка с логотипом «Крылодыр логистик inc. Транскраевые перевозки». На картинке не очень разборчиво изображено нечто летуче-плавучее.

— Нет, спасибо, не хочется. У меня такое ощущение, что моя жизнь закончилась. И началась какая-то другая. Может быть, даже лучшая, но не совсем моя.

— И так тоже бывает. Ты выбрала предназначение и перестала принадлежать себе. На время или навсегда, как получится.

— Я не хочу навсегда.

— А тебя не спросят, девочка. Сказала бы, что зря ты связалась с Полчеком, да ты поди и сама уже поняла.