Документы Армагеддона

– Здравствуйте, Александр Леонидович! Сразу приношу извинения, что встречаться нам приходится в таких условиях. Мы планировали эту встречу в другое время, очно и в прямом эфире, но сами понимаете…

– Здравствуйте, Марина, здравствуйте, уважаемые зрители! Разумеется, всё понимаю. Времена сложные.

– Я бы сказала – беспрецедентные!

– Не люблю этот термин. Многие используют его просто в силу узости кругозора, между тем почти всему можно найти аналогии в богатой человеческой истории. Скажем, если вы ведёте речь о беспорядках, то всего пару лет назад я воочию наблюдал нечто подобное в Париже, во время забастовки коммунальных служб.

– Но теперь это происходит по всему миру!

– Да, пожалуй, если говорить о масштабе событий, а не об их подоплёке.

– Хотите сказать, человечество уже переживало подобные эпидемии?

– Хочу сказать, что эпидемии и связанные с ними нарушения в работе социальных институтов сопутствовали нашей цивилизации всегда. Известно, что некоторые вспышки уничтожали целые города, а порой и целые народы. Возбудители были разные, но человечество рано или поздно находило способ бороться с ними и приспосабливалось к жизни в новых условиях.

– Ваш оптимизм вселяет надежду. Учитывая, что вам о новой болезни известно лучше, чем кому бы то ни было. С тех пор, как в Азовском море появились эти мутировавшие медузы…

– Подождите! Давайте сразу внесём ясность! Утверждение, что источником заболевания стали именно медузы, является только одной из популярных версий, причём популярных скорее в медиасфере, чем в научных кругах. С тем же успехом я могу утверждать, что источником были олени из долины Йеллоустон, в ваших архивах наверняка сохранились публикации про оленей-зомби, которые выходят из заповедника и бродят по окрестностям, не реагируя ни на что вокруг, не принимая пищу и воду, пока в конце концов не сдохнут.

– Вот именно! Олени не проявляли агрессии, как заболевшие люди!

– А медузы проявляли? Полагаю, у нас первые пострадавшие появились среди тех туристов, что совали пальцы им в щупальца.

– Не хотите же вы сказать, что медузы заразились от оленей, затем пересекли Атлантику…

– Я хочу лишь сказать, что настоящий источник мы не знаем, а теперь может быть никогда и не узнаем. В Китае подозрение пало на панголин, в Японии – на глубоководных рыб, в Аргентине – на взбесившихся туко-туко, в Австралии – вообще на пауков, которые внезапно вымерли по всему континенту и уж точно не могли никого инфицировать. Скажу вам как немного разбирающийся в микробиологии: на Земле не существует вирусов или бактерий, которые одинаково опасны были бы сразу для всех видов живой природы.

– Намекаете на внеземное происхождение инфекции?

– Намекаю на необходимость всестороннего изучения, прежде чем делать выводы и далеко идущие заявления. К сожалению, в научных кругах сейчас слишком сильны стремления держаться в русле политической повестки, и это очень мешает настоящим исследованиям. Мы столкнулись с очень необычным явлением, крымские медузы в нём лишь один элемент, не самый даже значительный, как бы не пытались представить это в ином ключе в некоторых странах.

– Александр Леонидович, наши зрители могут решить, что вами сейчас движет обида на Нобелевский комитет, отозвавший уже присуждeнную премию как раз за работы по выделению возбудителя новой инфекции.

– Переубеждать я никого не собираюсь. Поскольку над проблемой работали лучшие институты всего мира, конкуренция изначально была велика. Мы и не ожидали, что станем первыми. Но когда мы ими стали, наши публикации в научных изданиях показали, что мы опережаем остальных коллег на месяцы, если не больше. Нобелевский комитет сказал своё слово, и тогда были приложены все усилия, чтобы дискредитировать наше исследование. Вы прекрасно помните, что дошло до прямого преследования учёных и даже теракта в лаборатории с образцами.

– После которого появились первые устойчивые к антибиотикам заболевшие среди людей?