Дочь Азраи

— Черт, я не думал, что он умрет. Они же такие живучие… Прошлый же протянул неделю в таких условиях.

— Возможно, его перед этим не травили хлором? Идиот. И что мы теперь начальству скажем? Медальон хоть нашел?

— Нашел… Студентки как раз все убежали на пожар. Это ты хорошо сработал…. А зачем нам эта безделушка?

— Не знаю, руководство его оговорило отдельно и особо акцентировало внимание. Значит важная вещь. Ложи в машину.

— Положил… — мужчина положит серебристую безделушку на водительское сидение машины, — А что с телом будем делать?

— Что-что, с собой заберем. Какой-никакой, но материал. Хоть что-то…

— А если его кинутся искать?

— Кто? Друзей его уже всех отработали, девушка — у нее, таких как он, вагон с прицепом — она и не заметит. У нее за день под окнами ухажеры по три раза меняются, одним больше одним меньше…

— Женщины зло… — многозначительно изрек один из говоривших, грузя тяжелый мешок в багажник УАЗика. — а вообще странно, что он тут искал? Доктор точно уверен, что он один из этих?

— Уверен… Был. А вот благодаря тебе, мы уже никогда не узнаем, что он делал в нашей стране.

— Я ж не специально…

— Так в рапорте и напишешь…

— Черт! Стой!

— Что там?

— Да какой-то зверь медальон утащил!

— Так лови!

Два мужчины бросились с фонариками за мелькнувшим мелким зверьком в начинающийся прямо у обочины дороги темный лес.

Спустя час, злые и чертыхающиеся, они вышли из лесу, ругаясь и кляня на чем свет стоит как глупость одного из них так и «идиотских зверей». Жалобно хлопнув дверцами, УАЗик отъехал от заброшенного дома в пригороде и, не включая фары, поехал по разбитой грунтовой дороге, оставив после себя только тишину весенней ночи.

В густой траве, с другой стороны дороги, сидел, держа в лапках серебристый медальон на кожаном шнурке, неприметный хорек. Посмотрев блестящими глазками вслед машине, он, смешно фыркнув, скрылся в лесу…

— Здравствуй, Хвост. Что хорошего ты мне принес? — Немолодой бородатый мужчина, в темных спортивных штанах и майке- «тельняшке», сидел за грубо сбитым деревянным столом в небольшом лесном домике и заваривал чай из трав, когда на подоконник вскочил хорек с медальоном в зубах.

— Хм, где это ты утащил? Воришка ты мелкий… И что мне с тобой делать? Сколько не отучаю, а ты все за старое… Эх, видимо убедительно тебя учили цыгане…, - Потрепав расстроено по спинке зверька, мужчина с интересом взял у него принесенное украшение. Круглый, серебристый медальон, с небольшими камешками по контуру, звездочкой в центре и каким-то силуэтом на синем фоне, удобно лег в широкую ладонь.

— Красивая вещь, похоже старинная… И где ее хозяина искать…? А, Хвост? Где хозяин этого подарка? — зверек суетливо запрыгнул на старый шкаф и спрятался за большой коробкой. — да не бойся, я ж тебя не ругаю… Понимаю, выучили тебя так… Ох уж этот воровской народ… Выучить выучили, а заболел — так и бросили без жалости у обочины… Ладно, вылазь… Отдам твою «находку» внучке когда приедет, может понравится… — с этими словами он повесил принесенный медальон на гвоздик забитый в стене и пошел к старенькому тихо урчащему холодильнику стоящему в углу комнаты…

Пятилетняя Оля вышла из дому и, разглядывая пустынную улицу, раздумывала куда идти. Маленькая светловолосая девочка с короткой стрижкой, большими серыми глазами в простом ситцевом платьице и сандалиях стояла с задумчивым видом на залитой солнцем сельской улице. Два ряда новеньких домов на два хозяина, два ряда молоденьких, больше похожих на лозины, а не на деревья насаждений, вдоль улицы… Все смотрелось большим, просторным и даже немного пустынным. Улица заканчивалась неожиданным выходом прямо в поле с цветущей люцерной. Край села, дальше был ставок и поля.