Допрос с пристрастием

— Монетку видишь?

— Само собой.

— Не скушал ее кустик…

— Плохая примета, да, Ведич?

— А что, разве хорошая?

— Дурацкая… В смысле, обычай дурацкий. Вот не принял ее автон, и остался на тропке след. Прошлепали тут какие-то умники, и мы об этом знаем. Только пока не знаем — кто.

— Сейчас узнаем, Глюк. Подберу я монетку.

— Поосторожней руки суй. Знаешь…

— Я весьма внимателен, Глюк. Ловушек нет. Вот… Оп! Интересная, кстати, монетка. Ненашенская.

— Слушай, нумизмат. Время теряем. Приспичило чужую мелочь разглядывать?

— А монетка все ж не российская. Крона вроде. Картель, что ли, тут прошел?

— Они б еще визитки свои оставили. Придурки. Всё, Ведич! Топаем дальше.

Сталкер по прозвищу Ведич приподнялся. И сразу сделался очень высоким. Непропорционально высоким. Ноги у него были похожи на конечности кузнечика. Ведич извлек руку из бронеперчатки, перехватил иностранную монету голыми пальцами. Монета была холодной, как и все окружающее пространство.

Это пространство контролировал его напарник, тоже много лет назад утерявший первозданное имя и получивший кликуху Глюк. Он также был до странности высок. А когда поворачивался, амортизаторы механических ног чуть качали его торс, будто автомобиль на рессорах. Правда, даже со всей оснасткой, весил он все же меньше автомобиля. На нем всего-то и было надето, что обычное белье, кевларовая майка, тонкий свитер-поддевка, еще один — толстый, ручной вязки, кевларовая кольчужная жилетка и военная спецовка без знаков различия, в карманах которой было полно всякой всячины. Поверх всего этого — войсковая обновка универсального характера, умеющая менять окраску, согревать, не пропускать внутрь ядовитые газы, и еще многое, необходимое для сохранности сталкерской жизни. Дальше шла дополнительная жилетка, заполненная бронепластинами. Ну, а уже эта капуста была вложена в роботизированный экзоскелет. Именно он удлинял ноги, приспосабливая их для сверхбыстрого, но бесшумного бега. Само собой, экзооснастка утяжелялась не только сервомоторами, но и навесными бронеплитами, дымовыми шашками, пеленгаторами, а также целым арсеналом переносного оружия. Вот сейчас сталкер Глюк легко поводил по сторонам тяжелым импульсным пулеметом системы Карташова. Так, на всякий случай.

Его напарник упрятал подобранную монетку где-то внутрь собственной многослойной кожуры, сунул руку в бронированную сенсорную перчатку, поближе к курковому механизму своего оружия. И снова бесшумно двинулся вперед. По договоренности с напарником, сейчас Ведич шел в авангарде их маленького отряда.

— Я надеюсь, мы-то не будем скармливать кустарнику мелочь, да? — спросил Глюк.

— Не стоит, — откликнулся Ведич. — Дело у нас чрезмерно серьезное. Надеюсь, Зона простит нам неуважение к традициям.

Им действительно предстоял долгий путь, на котором наверняка придется встретить не только брошенные на удачу монетки, но и кое-что похуже. Наследить было крайне нежелательно. Потому даже разлапистые ступни тяжеленных экзоскелетов не оставляли отпечатков. А каким образом — неведомо. Какая-то хитроумная технология.

— Стоим! — неожиданно скомандовал Ведич. — Микромехи, ё-мое!

Сам он наклонился и сфокусировал глазные имплантаты. Теперь он видел маленьких роботов через увеличитель. Микромехи шли колонной по одному. Спешили куда-то. Колонна вытекала прямо из снежного сугроба, пересекала просеку между автонами и взбиралась на следующий сугроб. Маленькие — размером с таракана — роботы были, как близнецы. А вот под увеличением каждый из роботов отличался от другого. К их спинам и лапам было приделано совершенно разное оборудование.

— Торопятся куда-то, — пояснил Ведич очевидное. — Давай прихватим в контейнер пару штук? Вдруг новые виды, и за них чего-то дадут?

— С тобой не соскучишься, — сказал позади Глюк. — То монетки, то тараканы механические!

— Мне что же, с закрытыми глазами идти? — поинтересовался Ведич.

— Направление движения этой дряни пометил? — спросил напарник, почти зевая.

— Еще бы, — кивнул Ведич.

Если бы кто-нибудь вслушался в разговор экипированных под завязку сталкеров, то мог бы решить, что они беседуют на лавочке в саду. Слишком спокойно они обменивались репликами. На чрезмерно отвлеченные темы болтали. Однако говорили они все-таки странно тихо, как бы себе под нос. Учитывая, что дистанция между экзоскелетами достигала порой двадцати и более метров, в деле подразумевалось радио. Но сталкеры не засоряли эфир. Не стоило себя выдавать таким глупым образом. Их связывали имплантированные усилители звука, вживленные в ушные раковины.