Дитя Вселенной

Тысячелетиями в Академии Магии и Волшебства студентов учат, что в нашей Вселенной существуют тысячи миров, связанных между собой энергетическими потоками. И сильнейшие маги научились создавать порталы для перемещения между ними. Множество миров связались в одно целое, в Паутину Миров. Маги стали надеждой и опорой Паутины. А мир под названием Артерриан, который вскоре стали называть просто Долиной Магов, ее центром.

Шли годы, проходили века, тысячелетия. Маги совершенствовались и совершали открытия, миры развивались, но Паутина оставалась прежней. Никто больше не мог открыть портала в новый, неизведанный мир или полностью закрыть доступ в один из доступных миров. Лучшие выпускники магических школ и академий бились над этой задачей, но никто не добился успеха.

И лишь сильнейшие предсказатели и провидцы твердили, что наступит день и придет тот, кто не будет владеть магией с рождения, но получит ее в дар. Он пройдет тысячи испытаний, станет сильнейшим магом всех времен и народов и найдет путь в закрытые миры. И станет он тем, кто, либо уничтожит все миры, либо приведет Паутину Миров к процветанию. Ибо он станет зваться Дитя Вселенной, Наследник Паутины. Если волосы его будут черней ночи, а глаза подобны огню, то пойдет он по пути разрушения. Ежели волосы его уподобятся цветом лунному сиянию, а глаза — горным озерам, то пойдет Дитя по пути Созидания.

Убить же его сможет лишь тот, кому Дитя Вселенной поверит всем сердцем. Но предсмертное проклятие уничтожит все миры. И никто не выживет. Даже боги.

— Как ты можешь посещать подобные мероприятия? Это же все для быдла, для стада, для ничего не осознающей толпы! Все эти праздники, увеселения, ярмарки правительство проводит только для того, чтобы усыпить мозги гражданам и показать какие они хорошие, добрые, заботливые…

Прогулка по Дворцовой площади, в честь праздника переполненной народом, не задалась с самого начала. Ну и зачем я взяла с собой этого зануду? Нет, конечно, он мой парень, даже почти жених, но его философию я не выношу. Ну, как можно считать всех людей кроме себя и своих друзей быдлом? Это вообще не нормально. Может он и видит толпу, но я вижу лишь людей, которые собрались для того, чтобы хоть на пару часов отвлечься от тяжелой жизни и пожить так, как обещают только в раю.

— Вадик, помолчи, пожалуйста, ты мне все настроение портишь. Я пришла сюда для того, чтобы весело провести время. Если тебе что-то не нравится, то иди домой: и мне спокойней станет, и тебе не надо будет находиться в толпе.

Рассматривая вечно хмурого блондина с водянистыми голубыми глазами, я не могла найти того ироничного красавца, которого когда-то посчитала достаточно милым для отношений. Особой любви не было, но нам было удобно друг с другом. До недавнего времени. Если быть совсем точной, то нам было комфортно друг с другом до тех пор, пока он не вступил в какую-то сатанинскую группировку и не смог утащить меня за собой. С тех пор, как он стал посещать собрания этой шайки ненормальных, он очень изменился: перестал улыбаться, стал говорить странный вещи, перестал посещать занятия в универе, стал хамить всем, кого считал недостойным общения с собой (а таковыми оказались почти). А еще он стал жутко ревновать меня. Буквально к каждому столбу. И это хуже всего. Такое ощущение, что он меня скор запрет в той квартире, которую мы совместно снимаем с того самого дня, когда мне исполнилось восемнадцать. А это уже целых три с половиной месяца.

— Мы пойдем домой вместе. Прямо сейчас.

Резко остановившись, он сильно сжал мою руку чуть выше локтя, вызвав болезненную гримасу.

— Я остаюсь. Я хочу праздника. И отпусти мою руку — ты делаешь мне больно.

Я уже горько раскаивалась, что потащила его на этот праздник. Нужно было идти тайно, как я и планировала с самого начала. Но потом бы вышел жуткий скандал, а если учесть, что мы живем вместе, то скандал бы вышел просто грандиозный.

— Думаешь я позволю тебе остаться здесь, подцепить какого-то придурка и изменить мне? Ну уж нет…