Дикие собаки

Моя третья жена[1] ушла от меня сама, не пришлось выгонять. Она дождалась моей командировки и вынесла из квартиры всё, включая опасную бритву и помазок. Жизнь тогда сразу стала лёгкой и воздушной; душа моя, более не отягощенная материальным, воспарила. Жаль, что водку, из-за отсутствия посуды, приходилось пить из горла, а закусывать буханкой хлеба. Зато спать приходилось по заветам фэн-шуя. Прямо на голых досках, головой на север. После такого сна обычно болели ребра, и, почему-то, раскалывалась голова. Может, нужно было ложиться головой на юг?

Вот и сегодня я думаю, что лёг вчера головой не в ту сторону. В смысле на пол, потому что на кровать Сайнара меня не пустила. М-дя. Накануне я, конечно же, не подумал, что можно уйти на мужскую половину, которая и создана именно для таких случаев. Задним умом мы все крепки. И вообще. Надо бы в поле сходить, набрать пустырника, а то одни сплошные нервы. И Сайнара, нифига не понимает в культуре пития. Русского, имеется в виду. Вот Ирина — та да, та понимала меня. Может поехать домой, покаяться, взять её в жёны? На редкость чуткая женщина, деревенские, они такие. Да. Хотя нет. Это очень опасно. Две жены — это для меня слишком. Я осилил трёх только по очереди. А двух одновременно мой Боливар не вынесет.

Ещё, похоже, меня накануне крепко возили мордой по столу. Иначе откуда бы на лбу такие ссадины? И глаз заплыл. Может, я где-то поскользнулся? Вчерашние события с трудом вспоминались. Это был апофегей[2] двухнедельных торжеств, которые начались именно в тот момент, когда толпа на площади проорала «Слава Магеллану».

И Ичил, как всегда, пропал именно в тот момент, когда нужен позарез. Нет, надо нахрен сматываться отсюда. К чёрту Сайнару с её предприимчивым дедушкой, к чёрту Тыгына с его деловой внучкой, к чёрту всё эти традиции, степи, овцы, кони. И бараны. Тут их стадо, и я посредине. Весь в белом, разумеется. А ещё и сон дурной приснился, с доктором Курпатовым, моим соседом, в главной роли.

— А ты, ведь, Володя, социопат! Причём законченный, — укорял меня во сне лекарь, раскуривая подозрительно толстую папиросу, — да ещё и алкоголик. В стадии ремиссии пока, но это ведь ненадолго? А тебя Тыгыном поставили!

— Тойоном, — автоматически поправил я.

— Один хрен. В общем, допустили люди промашку, вместо того, чтобы изолировать тебя от социума, они вручили тебе власть. Но я это сейчас исправлю, — и пытается меня столовым ножом пырнуть.

К чему такой сон? Явно не к добру. Раз Ичила нет, так я поправлюсь традиционным способом. Ушел в свои апартаменты, порылся в рюкзаке. Нашел фляжечку и приложился. Хорошо-то как. Сел на кушетку и попытался вспомнить, откуда у меня фингал. Нет, не вспоминается. Надо ждать сведений со стороны.[3] От дверного проёма раздалось:

— А хорошо ты ему врезал, а?

Это Ичил нарисовался.

— А хорошо я тебе врезал, — сияя фиолетовым фонарём, в дверь вошёл Тыгын.

Всё встало на свои места. Свадьба, значит, удалась.

… в тот момент, когда толпа на площади проорала «Слава Магеллану» Тыгын вручил мне новенькую камчу о семи хвостах.

Тут же, не отходя от кассы, старикан толкнул ещё одну речугу. О том, что в столь трудное для Куруханских земель время надо сплотиться вокруг нового Улахан Бабай Тойона, что пепел мёртвого рода Красного Стерха стучит нам в сердце[4], и, наконец, что уважаемый Улахан Тойон Старшего Рода Белого Ворона попросил руки его внучки, и Род Белого Коня не смог ему отказать. Так что свадьба состоится через половину луны.

Все видели, что Тыгын искренне скорбит по невинно убиенным, во артист. Мне у него учиться и учиться. Настоящим образом. Не сказать, что он соврал, но и правды не сказал. Дипломат, чё, с многолетним опытом.

Подошла моя очередь говорить речь, и тут меня переклинило.

Как оказалось, у нас в голове такой букет шаблонов и стереотипов, что я диву даюсь. Вроде бы все умные люди, а со стороны посмотришь — просто готовый объект для манипуляций. Увы, следует признать, что я повёл себя как механический болванчик, у которого внутри вместо мозгов барабан с латунными шпенёчками. Как в музыкальной шкатулке. Я теперь законно избранный президент? Шаблон номер пятнадцать, будьте добры.

Щелкнул храповичок, барабан начал крутиться, шпенёчки задевать за голосовые связки и понеслась. Каждой бабе по мужику, каждому мужику — по бутылке бузы. Неукоснительное соблюдение традиций, обычаев и прав коренного населения. Ещё бы чуть-чуть, и я пообещал бы ликвидацию черты осёдлости и пятой графы. Снятие социальной напряжённости, повышение пенсий, снижение налогов в натуральном выражении. Создание новых рабочих мест, борьба с наркоманией и алкоголизмом. Ликвидация преступности и амнистия узникам совести. Вступление в ВТО и оптимизация таможенных пошлин. Каждому совершеннолетнему — квартира по доступной ипотеке.

Госсподя, что ж я несу-то? И чёрт, я тварь дрожащая или Магеллан Атын, гроза комиссаров? С трудом затормозив, под визг покрышек я свернул с накатанной колеи.