Дикая

Виктор Кравцов, работник управления по расследованию особо важных дел, с тоской глянул на верхний этаж элитной новостройки сквозь машинное окно. Время близилось к двум часам ночи, и только третья по счету бутылка энергетика не давала уронить голову на сидение и уснуть. Рация на приборной доске захрипела, и раздался голос начальника.

– Кравцов, что там у тебя?

Мужчина зевнул и вновь, изогнув шею, глянул на верхний этаж небоскребы. Нажав кнопку обратной связи, он поднес рацию к губам:

– Ничего. Света почти нет. Сделка точно сегодня? Вы уверены, что Соловей все еще в своей квартире?

– Да, это точно. Он и его ребята из квартиры не выходили.

– Не знаю. Сомнительно это все, Георгий Васильевич.

– Вудик уже ведет курьера. Следи за окнами, – сказал начальник и отключился.

Виктор вновь бросил печальный взгляд вверх. И за чем там следить? Никто явно с тринадцатого этажа прыгать не будет. Темно в окнах, словно Соловей со своими ребятами спать лег. Хотя странно это. Обычно у него кутеж до утра. Может действительно всех выгнал и курьера ждет?

Прошло еще долгих сорок минут, прежде чем рация снова ожила:

– Так, всем приготовиться. Курьер на подходе. Группа захвата, рассчитываю на вас.

Сон как рукой сняло. Кравцов завел машину и неспешно вырулил на середину полосы дороги. Объехав по кругу здание, он свернул к спуску в подземный гараж. Уже там, припарковав машину в свободном месте, мужчина вышел из нее и неспешно пошел к лифту. Очень хотелось размяться, все же шесть часов на сидении автомобиля теперь отдавались ноющей болью в мышцах ног и спины. И какого он вообще пошел работать в силовые структуры? Это только в фильмах служители правопорядка живут веселой жизнью, наполненной экшеном, бешеными гонками, перестрелками и головокружительными приключениями. По факту каждое расследование – это еще тот геморрой и мало шансов, что тебя по итогу хотя бы похвалят.

Когда он добрался до верхнего этажа, там уже была вся команда. Курьер, неприметный парень в толстовке и черных джинсах, стоял лицом к стене, с приставленным к голове пистолетом. Видимо, с ним уже провели разъяснительную беседу, сообщив, что от него требуется, так как парень кивнул и его отпустили. Вот только операция пошла совсем не так, как планировалось. На звонок курьера никто дверь не открыл. Георгий Васильевич шёпотом крыл матом всех и вся, злобно зыркая глазами на мнущегося у двери парня. Вот курьер наконец обернулся и пожал плечами, показывая, что ничем не может помочь.

– Они точно там? – осторожно осведомился Кравцов.

– Да! И товар при них! – хоть и тихо, но с такой яростью прорычал начальник, что Виктор решил больше ничего не спрашивать и просто следовать указаниям.

Медленно шли секунды, по капле приближая ночь к рассвету.

– Георгий Васильевич, что делать то? – спросил по связи командир отряда захвата.

– Вскрывай.

Эта тихая короткая команда послужила, как спусковой крючок пистолета, запускающего пулю в смертоносный полет. Все разом задвигались. Несколько человек в форме переместилось к двери, осторожно взламывая замок. Курьера снесло куда-то за спины силовиков, где его тут же скрутили и отправили в отделение, чтобы не путался под ногами.

Тихо открылась дверь, и бойцы бесшумными тенями двинулись вглубь квартиры. Ребята из управления шли за ними по пятам.

Широкий коридор, играющий роль холла, был погружен в полумрак. Лишь впереди справа в него лился свет из открытой двери, за которой должна быть комната охраны. Судя по собранным данным, там обычно сидят бойцы Соловья. Силовики разделились на три команды. Часть ушла в правый коридор, часть в левый, часть пошла прямо к двери, чтобы осуществить внезапный захват.

Кравцов с командиром двигались за бронированными ребятами, свернувшими в коридор, который должен был вывести в гостиную. Его не покидало странное чувство неправильности. Почему так тихо? Почему охрана не отреагировала на камеры, ведь в квартире они явно были? Почему, в конце концов, так темно?

Меж тем операция шла своим ходом. Тепловизоры показывали, что в комнате два человека. Вот еще поворот и спецотряд захвата слаженно ворвался в комнату. Крик: «Всем не с места! Руки вверх!» прозвучал вместе с вспышкой фонарей, выхватывающих обитателей гостиной.