Дихронавты

В день, когда тягачи зигзагами протащили музей по городу, семья Сэта проснулась еще до рассвета. Быстро позавтракав, они направились на другой конец города, чтобы присоединиться к растущей толпе, которая собиралась понаблюдать за предстоящим действом.

Когда они оказались на месте, в небе уже ярко светило Солнце, и лучшие места с западной и восточной сторон музея оказались заняты доброжелательной, но совершенно непроходимой толчеей. Тогда они боком проследовали на север, к пограничным районам, истончившимся под жаром подступающего лета – и в итоге очутились на пустынном холме, с которого открывался вид на само здание.

– Только не с севера! – недовольно воскликнула Елена.

– Зато я вижу вдвое четче тебя! – с негодованием парировала Ирина.

– Что думаешь? – раздался внутренний голос Тео. – Я даже не пытаюсь здесь что-то засечь – звук столько раз отражается от толпы, что я бы все равно ничего не разглядел.

– Меня устраивает, – ответил Сэт. Он не знал, была ли всему виной простая язвительность Елены, или они с Ириной и правда испытывали проблемы с общим зрением.

– Мы будем смотреть отсюда, это место ничем не хуже остальных, – твердо решила мать Сэта.

Завершив подготовку внутри здания, тягачи вышли на улицу и стали делиться на четыре канатных команды – две у юго-западного угла и две у северо-восточного. В каждой команде насчитывалось, пожалуй, с пятьдесят ходоков, однако разум Сэта до сих пор отказывался верить в то, что у них есть хотя бы малейший шанс сдвинуть с места это гигантское строение. Однажды, во время экскурсии, представившей само древнее здание в роли своеобразного экспоната, ему довелось увидеть скрытые под полом валы и колеса, однако размер этих невидимых механизмов – сколь бы продуманной ни была их конструкция, призванная облегчить работу тягачей – сам по себе заставлял усомниться в том, что кому-то было под силу привести их в движение.

– Вот и работа для тебя нашлась, – предложил отец Тео.

– Может быть. – Сэт не знал, шутит он или нет. – Но Тео, мне кажется, будет скучно.

– Ничего страшного. Это не помешает ему получать удовольствие от своей собственной работы. Мы ведь все так поступаем – отдаем одно, а взамен получаем другое.

– Что это с твоим отцом? – спросил Сэт.

– Он хочет, чтобы я изучал предпринимательское право – вот и надеется, что ты выберешь область, которую я, по его мнению, возненавижу так же сильно, как ты – его собственный выбор на мой счет. Если мы оба будем мучиться в равной мере, у тебя будет меньше поводов пожаловаться.

– Ты хочешь изучать право? – От мысли, что такому унылому занятию ему придется посвятить половину своей жизни – пусть даже в роли простого писца, – у Сэта скрутило живот.

– Нет. – Судя по голосу, Тео был удивлен, что ему вообще пришлось произнести это вслух. – А ты хочешь быть тягачом?

– Не знаю. Вряд ли мне хватит на это сил.

Ухватившись за канаты, команды тягачей напряглись, пытаясь совладать с немыслимой нагрузкой. Две группы, расположенные в углах здания, тянули канаты под немного разными углами, но все четыре направления вынуждали рабочих принимать неуклюжие позы. Сэт заметил, что среди тягачей в северо-восточном углу было несколько западников, которым эта работа наверняка давалась еще сложнее, чем остальным.

– Ты это видишь? – спросил он у Тео.

– Меня бы впечатлило, если бы они стояли вверх ногами.

Сэт рассмеялся и сделал обратный полукувырок, приземлившись на руки и повернувшись лицом к западу. На его собственное зрение это не повлияло – мир вокруг него выглядел перевернутым не больше, чем при попытке взглянуть на запад, запрокинув голову – однако теперь его руки мешали видеть Тео, а перегруппироваться так, чтобы освободить ему обзор, Сэт боялся, поскольку это было чревато потерей равновесия, которое, в свою очередь, грозило опасным неконтролируемым падением. На руках он не ходил с самого детства; тогда это казалось простым, но сейчас ему всерьез не хватало практики. Он довел кувырок до конца и отряхнул землю с ладоней.

– Чем они там занимаются? – с раздражением спросила Елена. – Ничего же не происходит!

– Самое сложное – это привести в движение колеса, – объяснил отец Сэта. – Но как только это удастся…