Девятый. Книга 2

— Дамы и господа, приветствую вас всех у нас на лучшей Арене! Арене, являющейся лучшей по всему Закрытому Кольцу! И сегодня состоится матч, которого все очень долго ждали! Матч, который наконец-то даст ответ кто является лучшим бойцом. Бой после, которого проигравший навсегда покинет нас, а победитель заберет все положенные лавры, а заодно и приз в сто тысяч кредитов!

Восторженная толпа зрителей, разогретая конферансье, жаждала зрелищ и не переставая скандировала.

— Зверь! Зверь! Зверь!

— Даа! Настало время встретить наших героев! Сейчас на арене появиться наш несравненный чемпион — Зверь!

Все зрители внимательно перевели взгляды с конферансье на арену, на которой с громким щелчком открылась дверь в клетке и на арену ступил огромные белый примат.

— Уаааа! Зверь! Зверь! Зверь! — еще неистовей начала скандировать публика.

Прошло достаточно времени, чтобы первые эмоции зрителей прошли, и конферансье смог продолжить.

— А теперь пришло время встретить его соперника. Неповторимый Девятый!

На арене открылась дверь с другой стороны и на арену вышел человек, который на фоне примата смотрелся совсем жалко.

— Ну что поддержим потенциального чемпиона.

— Уууууууууууу. Зверь! Зверь! Зверь!

— Ну вот и все — подумал про себя Девятый, — это мой последний бой, шансов нет никаких, но я вырву кусок мясо из этой белой обезьяны. Жаль, что все так закончилось, но шансов с самого начала не было.

Первое что увидел Девятый после его пленения была камера метр на два с матрасом у одной стены и ведром у другой. Девятый лежал на омерзительно пахнущей тряпке и ему было все равно, он был совершенно опустошен и все никак не мог поверить, что Бека больше нет. Казалось только недавно ему повезло, и он нашел того, кто его понимает и полностью безоговорочно поддерживает. И вот он снова один…

Девятый корил себя за то, что не послушал Бека и тому пришлось ответить за мягкость своего названного сына. Нужно было отомстить обидчикам и теперь он не будет столь мягок, у всего нужно учиться, и он сделал выводы. Девятый прислушался к своему дару и начал прощупывать системы корабля. Всего нескольких минут ему хватило понять, что месть можно совершить в любую секунду, подчинить корабль себе у него не выйдет, но нанести непоправимые повреждения в его силах. Осталось только решить, когда это сделать, но Девятый промедлил и решил подождать.

С момента смерти Бека прошло не больше месяца. Точного количество дней, проведенных в камере Девятый не знал, но по приближающимся к трем десяткам черточек сделанными им на стене можно было сделать несложные подсчеты. Кормили Девятого примерно один раз в день, вот после каждого посещения его камеры он и делал засечки.

Поначалу было трудно привыкнуть к постоянной вони и полной антисанитарии, но человек такое существо, которое может привыкнуть ко всему. Еда была отвратительной, но чем-то вкусным его никто не собирался кормить, и чтобы не умереть от голода Девятый ел что дают и строил планы мести.

Первой его попыткой было простое нападение на охранника, который принес помои. Тот был не известной для Девятого расы и в полтора раза его крупнее, но это ни остановило Девятого. Только дверь отварилась Девятый сразу и напал, но охранник словно этого и ожидал, и сразу дал отпор. Девятого сильно избили и оставили без еды.

Второй раз Девятый напал через несколько дней. Лежа на матрасе он притворялся, что не отошел от прошлого избиения и не шевелясь лежал в углу. Как только охранник поставил миску с едой возле головы Девятого и повернулся к другой стене за ведром он и напал со спины. Запрыгнув на спину Девятый перехватил шею охранника и начал того душить. Охранник пытался скинуть Девятого со спины, пытался разомкнуть того руки, но Девятый вцепился мертвой хваткой и не желал того отпускать. Девятый уже начал чувствовать, что охранник начинает сдавать позиции и скоро его соперник будет повержен, как почувствовал удар в спину, а потом что-то тяжелое прилетело по голове и мир погас. Девятый не видел, как его снова били, но все он почувствовал сполна, как только пришел в себя.

Больше шансов напасть у Девятого не выпадало, каждый раз, когда ему приносили еду один охранник приносил миску и забирал ведро, а второй стоял в проеме и внимательно за всем наблюдал. Так сменялись дни, Девятый начал привыкать к текущему положению дел и лишь количество зарубок росло на стене и единственное оставалось неизменным это ненависть к мародерам и особенно к Тале. Можно было уничтожить корабль со всеми его обитателями, но Девятый все никак не мог себя заставить сделать это. Все изменилось в один день, когда на пороге камеры появилась Тала.

— Ты сильно изменился и уже не скажешь, что когда-то был довольно симпатичным — снисходительно сказала тала.

— А ты не изменилась ни капли — зло сказал девятый готовый из последних сил кинуться к ненавистному человеку.

— Я рада что все также нравлюсь тебе — засмеялась звонким смехом тала.