Девушка с рекламного плаката

Александр Юринсон

ДЕВУШКА С РЕКЛАМНОГО ПЛАКАТА

Под моими окнами проходит оживленная улица. Между проезжей частью и домом (а я живу на втором этаже) прямо напротив окна торчит огромный рекламный щит. Его установили недавно, не перпендикулярно дороге, а под небольшим углом; с тех пор ко мне в комнату постоянно заглядывает какая-нибудь симпатичная девушка. Время от времени они меняются, были даже периоды безликих плакатов - пачка сигарет, парящая над американскими небоскребами, - но как правило, там все-таки девушки и, в общем, приятные.

Я и сам содержу маленькую рекламную контору, которая влачит бессмысленное существование в ожидании настоящего заказа. Вроде такого щита. Лена, моя секретарша, очень даже могла бы украсить такой огромный плакат, независимо от предмета, который соблазняла бы вас купить: таблетки от головной боли, лимонад, презервативы или автозапчасти. Фотограф Миша в начале работы над каждым проектом неизменно предлагает сделать Леночку рекламным лицом очередного заказчика. Теперь мне надоело, а поначалу я отвечал что-то вроде того, что эта шваль не заслуживает даже надписей углем на стенах, довольно с них наших листовок и самоклеек. Леночка - лицо нашей фирмы и больше ничье.

Хотя, пожелай заказчик вот такого щита - и Лена украшала бы его. Или я потерял бы секретаршу и подругу. Впрочем, черт его знает...

В окно заглядывало лицо девушки, страшно похожей на Леночку. Но не она. Я почему-то был уверен, что это - девушка, которую я когда-то давно знал. Мы вместе учились в школе, я был в нее влюблен и даже несколько раз приглашал на свидания. Потом она вроде бы поселилась где-то в пригороде. Многие мои знакомые детства жили теперь там.

Черт возьми, я даже не мог вспомнить, как ее звали.

Девушка со щита уговаривала отведать таблетки. FANTAZIN было написано на коробочке, а слоган поверх всей картинки гласил: "ФАНТАЗИН - боль в прошлом".

Довольно идиотское название для лекарства, подумал я, и заметил логотип фирмы в углу коробки: FANTA-FARM, и гном с мечом и таблеткой вместо щита. Ничего более дурацкого придумать было нельзя. Вот если бы эту рекламу заказали моей фирме...

Если бы я делал эту рекламу! Я плюхнулся на диван, закрыл глаза, и перед мысленным взором прошла череда плакатов, один лучше другого. Половину из них, правда, выполнить было бы нереально, - что правда, то правда, меня порой заносит, - но оставшихся хватило бы на шикарную кампанию. Может, вытеснившую даже прочие препараты, кроме, разве что, анальгина. Это название нацарапано у всех на внутренней стороне черепа, а мозги пропитаны им, как губка.

Fantazin.

Под конец рабочего дня я решил съездить в офис. Интересных дел не было, а с текучкой справлялся Дима - четвертый и последний сотрудник фирмы. Десять часов он сидел у нас за компьютером, потом ехал домой и еще десять шарил по серверам. Четыре оставшиеся часа в сутки он тратил на дорогу домой и в офис, еду и сон. Если бы наши компьютеры подключить к Интернету, он бы сэкономил на поездках. Правда, тогда бы он копался в сети все двадцать часов...

Когда я вошел в приемную, официальная Леночкина улыбка сменилась дружеской. Мне нравилось наблюдать, как меняется ее лицо; иногда я даже специально расстраивал ее, а потом утешал, и она знала, зачем я это делаю, но все равно расстраивалась и утешалась искренне. В видеорекламе выразительности ее лица не было бы цены.

- Здравствуй, Леночка.

- Здравствуй.

Это приветствие нужно было, чтобы определить, в каких мы отношениях в данный момент. Мы были одновременно начальником и подчиненной, добрыми друзьями, романтическими влюбленными и циничными любовниками. Не буквально одновременно - эти роли постоянно менялись.

- Чем занимаешься?

- Собираюсь уходить.

Мы были друзьями. Можно было пригласить ее на чашечку чая, но она отказалась. Ей надо было съездить к какой-то родственнице. У той на прошлой неделе был день рождения. Или будет на следующей - неважно. Важно, что сегодня - единственная возможность навестить ее.

- А что парни?

- Мишка свалил еще днем, ему делать нечего, а Димка пашет.

Мне тоже здесь нечего делать. Улюлюкнул телефон, но звонил не клиент с большим заказом, а Леночкина подружка. Я побродил по приемной, подошел к двери и помахал Леночке рукой; не отрываясь от разговора, она сделала ответный жест. В дверном проеме я вдруг остановился и обернулся.

- Минуточку, - сказала Лена в трубку и уставилась на меня.

- Кстати, ты знаешь, что такое - фантазин?

- Что?

- Ничего. До завтра.

По дороге домой я задержался у аптечного ларька и купил этот проклятый фантазин. И еще всю дорогу пытался вспомнить, как звали ту школьную подругу, но так и не смог. А ведь мы целовались, и я шептал все уменьшительные варианты ее имени.