Девушка с черным котом

— То есть… подожди, ты помнишь все, что с тобой было? С самого начала? — Ит, нахмурившись, посмотрел на Эри. — Никакой темноты, тоннелей, полета, ничего?

— Не поняла, — пожала плечами Эри. — Ну да, сразу. Только что я лежала в комнате, на кровати, и окно было открыто, и ужасно дуло из него, и мне было холодно. И ты сидел рядом, и рыжий. И этот холод. А еще мне было страшно.

— И что потом? — с интересом спросил Скрипач.

— А потом я вдруг поняла, что стою на дороге, надо мною светит солнце, и вокруг тепло.

Саб, сидевший чуть поодаль, и молча слушавший, недоверчиво хмыкнул. Рыжий с укором посмотрел на него, Саб едва заметно дернул плечом — он не верил.

— И мне это совсем не показалось странным, — продолжила Эри. — Странным было другое.

— Что именно? — Ит вдруг почувствовал, что вот сейчас они, кажется, подходят к тому, что его интересовало. И не ошибся.

— То, что я не знала, кто я такая. Только я не сразу это поняла. Представляете — я существую, но что я такое или кто — не знаю…

Дорога, разрезающая собой склон, оказалась неширокая и весьма старая. Она тянулась мимо скал, тут и там поросших можжевельником и низкими соснами, и местами была весьма основательно засыпана побуревшими старыми иголками. В трещинах асфальта виднелись нетронутые травяные кустики — видимо, по дороге если кто и ездил, то исчезающе редко.

Она подняла голову — летнее, чистое небо, жаркое солнце; если посмотреть левее, видно горы, сейчас окутанные прозрачной дымкой. А запах… какой же тут приятный и сложный запах. Разогретый камень, хвоя, тонкая цветочная нотка, лаванда, горький отзвук можжевельника, и, кажется, йод и соль.

Еще несколько минут она стояла на дороге, оглядываясь. Она не думала в этот момент, что ей для чего-то может, например, понадобиться куда-то пойти. Куда? Зачем? Хорошо стоять тут, в полутени, под сосной, и просто смотреть вокруг. Действительно, хорошо. Чудесная тишина и полное спокойствие. Под сосной обнаружилась низенькая каменная лавочка, которую она сперва не заметила — и она присела на эту лавочку, и еще какое-то время сидела, но затем снова встала, ощутив, что сидеть ей незачем. Или же ей надоела полупрозрачная сосновая тень? Впрочем, это не имело никакого значения.

Она и сама не заметила, как пошла — под ногами легких белых парусиновых туфель сначала тянулся асфальт, а потом она приметила слева широкую тропу, практически дорогу, ведущую куда-то вниз. Свернуть? Можно и свернуть, вот только тропа, оказывается, крутая, а мелкие камешки так и норовят вывернуться из-под тоненькой подошвы, и как бы не упасть, и не ободрать нечаянно голые коленки…

— Сударыня, вы позволите помочь? — чья-то рука аккуратно поддержала ее под локоть. — Это не самый удачный спуск, там, подальше, есть много лучше.

— А что там есть? — ей вдруг стало интересно.

— Лестница, — объяснил голос. — Правда, она старая, зато с перилами. Споткнуться там значительно сложнее.

Она, наконец, повернулась, и посмотрела на того, кто столь своевременно подоспел ей на помощь.

Этот мужчина (надо же, откуда-то пришли одновременно понятие «мужчина» и знание, кто же это такой) оказался высок ростом, темноволос, сероглаз. Возраст его она определила для себя как «средний», хотя и сама себе в тот момент не смогла бы объяснить, что это такое — средний возраст. Наверное, нечто промежуточное между молодостью и старостью.

Одет мужчина был, не смотря на жару, в немного странную одежду — черные брюки, черные ботинки, черная рубашка с наглухо застегнутым воротом и длинными рукавами. А вот подворотничок у рубашки был кипенно-белым, и напоминал неширокий ошейник. Непривычная одежда. Но знакомая. А еще ей показалось необычным то, что на одежде этой не было ни единого, даже самого маленького пыльного пятнышка — странно вдвойне, ведь тропа, на которой они сейчас стояли, была вся в мелкой, белой, меловой пыли. На ее парусиновых туфлях пыль уже стала заметна. Не очень красиво — серые полоски на прежде белой ткани. А он… он слово ниоткуда возник на этой тропинке, и пыль не успела коснуться его.

— Вас что-то заинтересовало? — мужчина улыбнулся.

— Пыли нет, — ответила она чистую правду. — У вас черная одежда, а пыли нет. Почему?

— Действительно, почему… — мужчина задумался. — Можно предположить, что я ее отряхнул.

— Да? И когда же? — с интересом спросила она.

— Когда увидел вас на этой тропинке. Хотел предстать перед юной леди в незапятнанном виде, — невозмутимо пояснил мужчина.

— Юной леди? — она растерялась. — Но я не юная леди… кажется.

— Кажется? — переспросил он. — Так сколько же вам лет в таком случае, сударыня?

Этот вопрос поставил ее в тупик.