Девочка Дьявола

— Ты же Дейзи, да? Подружка Шайлы, если я не ошибаюсь?

— Да… Дейзи. Точнее, Маргарет Эйлин Райли.

— И как же ты сюда попала, Маргарет Эйлин Райли? Кто тебя впустил и в дом, и… в эту гостиную? Насколько я помню, Шайла сейчас тусит на какой-то очередной студенческой вечеринке.

— Да, так и есть… Мы заезжали за ней сюда, она разрешила мне войти. Я с ней поболтала немного в её комнате, потом сказала, что подожду её с остальными на улице, но из дома не вышла. Спряталась в одной из открытых гостиных, пока не дождалась вашего возвращения…

Я знала, что с этим человеком лгать бессмысленно, как и прикидываться дурочкой. Убедилась, можно сказать, в этом уже окончательно, как только оказалась с ним наедине в одной из небольших гостиных первого этажа, где он, судя по всему, любил проводить несколько минут по возвращению домой поздними вечерами.

Вот и сейчас, я прокралась в эту не такую уж и маленькую комнату с приглушённым освещением, когда он наливал у большого тёмно-синего бара какой-то алкогольный напиток из графина. Высокий, статный, широкоплечий, в тёмно-сером деловом костюме и с безупречной укладкой, он выглядел как никогда… пугающим и одновременно притягательным. А от его низкого бархатного баритона желудок моментально скручивало в тугой, ещё и пульсирующий комок нервных узлов. Из-за чего по коже, особенно на спине и затылке, тут же высыпали колкие мурашки и тянуло инуитивно поёжиться, как и обнять себя за плечи. В общем, сделать хоть что-то, чтобы эти ощущения не разрастались и не переходили в нечто большее и не менее пугающее.

— И никто не заметил, что ты не выходила из дома? — мужчина хмыкнул и снова сделал небольшой глоток из толстодонного тумблера. После чего прошёлся ленивой поступью к островку из органичной композиции мягкой мебели, неспешно усевшись в одно из тёмно-синих кресел и успев к этому времени стянуть с мощной шеи шёлковый галстук.

— Нас было в этот раз слишком много. А когда девчонок чересчур много, они, за сплетнями и мобильными не замечают вообще ничего вокруг.

— Ну, хорошо, Маргарет Эйлин Райли. Говори, раз уж сумела обвести вокруг пальца внутреннюю охрану моего дома без особого на то усилия. У тебя пять минут. Потом я вызываю охранника или полицию. Выбирать тебе.

— П-простите ещё раз! Просто… я реально не представляю к кому обратиться. Я за эти последние дни наломала столько дров…

Я тут же принялась сбивчиво что-то говорить, не зная с чего было лучше начать. Зато знала, что отец Шайлы никогда не лез за словом в карман и выполнял все свои обещания (или угрозы) без единого шанса на амнистию.

— По существу, Дейзи. — он перебил мой несостоявшийся монолог (который я, к слову, столько дней и ночей репетировала) всё тем же подчёркнуто спокойным и почти уже скучающим голосом, от проникновенного звучания которого у меня опять перехватило дыхание, а по позвоночнику прошлась будоражащая волна шокового озноба.

— Я… я-я… Мне нужна ваша помощь, мистер Стаффорд! Вы единственный, кто действительно может мне помочь… нам помочь.

— И я снова ничего не понимаю. — он даже качнул головой и повёл свободной ладонью над подлокотником, будто признаваясь в собственном бессилии. — Прости, милая, но я не умею читать чужих мыслей. И твоё время уже на исходе.

Кажется, в этот момент подо мной дрогнул пол и в глазах немного зарябило. Но я каким-то чудом нашла в себе силы сделать ещё пару шагов к центру гостиной, набрав в этот раз в лёгкие побольше воздуха.

— Вы ведь должны помнить Элеонору Андервуд? Честно говоря, я не знаю, какие именно у вас были с ней отношения, она мне никогда о них не рассказывала, но хоть что-то хорошее в ваших воспоминаниях о ней должно было остаться…

В этот раз мне пришлось запнуться не потому, что кончился в лёгких кислород, а из-за тех едва заметных изменений, которые коснулись и до этого совершенного бесчувственного лица Стаффорда. Я их не то что увидела, а, скорее почувствовала, через потяжелевший взгляд мужчины и тот прессинг, навалившийся вдруг на мои плечи невидимым грузом, стоило мне лишь произнесла вслух девичье имя и фамилию своей матери.

— Продолжай… — голос его тоже вроде как ни капли не изменился, но его звучную вибрацию я уже ощущала не только в желудке и под кожей. Казалось, она царапала теперь и мой мозг, и кости.

— Она сейчас в Сан-Франциско, в медицинском центре UCSF Health. Проходит очередной гемодиализ и… ждёт своей очереди на трансплантацию почки. Которой, скорей всего не дождётся, если… если мы что-то для этого не сделаем. Разве что, делать уже почти нечего. Мы из-за этих сумасшедших медицинских счетов уже давно в долгах, как в шелках. Наш дом уже сто раз перезаложен и на днях мы его вот-вот потеряем. В общем… Я тут от отчаянья влезла в такую аферу, что… до сих пор не понимаю, как меня вообще угораздило пойти на такое…