День космонавтики

Часть первая. Все пропало

Сирена на шаттле орала и отказывалась отключаться. Чертова техника безопасности работала отлично. Компьютер вырубился, словно усмехаясь темным экраном прямо в лицо.

Черт побери, на борту два геолога и ни одного пилота! Даже для управления двухместным беспилотником нужны знания. Предполагалось, что все сделает программа, но из-за тревоги включилась аварийная система эвакуации и заблокировала управление.

Сэм потыкал в наладонник, оставляя следы крови, и стер их, листая «Краткое руководство к шаттлу RHFD-29r67b».

«Опасность бактериологического заражения превысила допустимые нормы. Шаттл будет уничтожен. Команда должна срочно эвакуироваться», – противный женский голос повторял это уже тысячный раз. Слова потеряли смысл и теперь воспринимались, как бесполезная вибрация воздуха.

– Уни-и-и-ичто-о-о-же-е-е-ен, – напевал Сэм и жал на все указанные сочетания клавиш. Пульт управления ни на что не реагировал, мигая красными лампами тревоги.

Забавно, когда-то он хотел петь, выводя рулады со сцены, но пошел учиться в Космическую академию. Теперь он пел, только когда нервничал.

Все так хотели высадиться на эту гребаную планетку RH-564 как можно скорее. «Залежи церия!» – кричал капитан. «Перспективная жила!» – вопил начальник экспедиции. «Невиданная прибыль!» – закатывала глаза финансовый консультант с Земли. Шли бы они со своими пароксизмами восторга на Ганимед: по слухам, там инфляция и эпидемия кори. И, конечно, в рабочем состоянии оказался только двухместный шаттл. Выговор главному инженеру скончался под градом пунктов экономии бюджета. Теперь они с Лией застряли в четырех тысячах световых лет от Земли на шаттле с автопилотом, который уводил прочь от корабля-матки прямо в открытый космос.

– Сэм, – голос Лии совсем ослаб: пятнадцать минут назад он ввел ей лошадиную дозу обезболивающего.

– Милая, я разберусь. Ты отдыхай.

Сэм не хотел оборачиваться и смотреть на жену. Освободить ее из скафандра не удалось…

Час назад они вышли из шаттла и успели пройти по поверхности не больше трехсот ярдов. Тварь обвилась вокруг ног жены, и пришлось сдирать ее лазерным резаком, иначе утянула бы в болото. Нож, штатный бластер и ярость не помогли, а вот резак на малой мощности – да. Пришлось пойти на это, несмотря на температуру воздуха плюс семьдесят по Цельсию и болота с горючими газами. Резак свое дело знал, оставляя рваные и грязные пятна на скафандре. И на теле жены. К этому времени она уже потеряла сознание…

Главное, добраться до лазарета на «Шакале», корабле-матке. Только вот чертов автопилот не хотел отключаться. Сэм заорал и отшвырнул книгу в сторону.

– Все плохо, да? – голос жены еле слышно прошелестел за спиной. Она лежала там, где он ее оставил – на полу у входного шлюза, и не могла даже отползти в сторону.

Хотя шаттл был маленький, ползти особо некуда. Инженерный отсек заблокировало из-за чертовой тревоги. А пока Сэм развлекался с резаком на поверхности «многообещающей» планеты, какая-то местная тварь из болота проявила чрезмерное любопытство к их кораблю – умудрилась прожечь слюной дюралевый фюзеляж и похозяйничать в отсеке. Его отрезало из-за разгерметизации, а обе капсулы вышли из строя. Эвакуироваться было не на чем.

Сэм все же обернулся и посмотрел на жену.

Ниже колен у Лии было месиво, кровь из порванного скафандра растекалась неровной лужей, но всегда можно смотреть на милое и любимое лицо, немного растерянное сейчас, словно Лия удивлялась, как ее занесло в разведывательную геологическую экспедицию, да еще так далеко от родной Системы.

– Автопилот не отключается. – Сэм снял с Лии шлем, а потом огромную перчатку и взял ее за руку. – Я отнесу тебя в капсулу. Все будет хорошо.

Можно дать ей все снотворное, какое есть в аптечке, а потом засадить себе бластером в грудь. Но как же хочется жить! Они хотели переехать на Юпитер, завести детей и ферму.

– Милый, обезболивающее не сделало из меня идиотку. С капсулами что-то не то, иначе мы бы уже летели на «Шакал».

Голос Лии тонул в визге сирены. Сэм наклонился поближе.

– Попробуй… перезагрузку. Резервная… система…

Сэм вскочил. Точно!

Через три минуты он справился с четырьмя двадцатисантиметровыми болтами и сорвал пластину под пультом управления. Разноцветные провода, словно жилы, тянулись к блокам и системам корабля, питая его электронное сердце – продукт разработки ученых и инженеров нескольких поколений. Если вырубить основной контур, включится резервный, это все равно что шатдаун системы.

Сэм надел перчатку от скафандра, оглянулся на неподвижную жену и рванул провода. Свет погас, сирена замолкла.

Через пять секунд темноты на пульте управления загорелась зеленая лампочка, а на мониторе появилась надпись «Перезагрузка…». Помигала и превратилась в «Перезагрузка завершена».

Чертов долбанутый корабль! Вези нас домой!

Часть вторая. Все пропало окончательно