Дедушки с гитарой

Способов борьбы с плохим настроением Человечество придумало множество…

Лично я, чтоб победить хандру, устраиваю генеральные уборки в квартире и перебираю попадающихся в мои руки, в процессе наведения порядка, неожиданные находки. Ну чем не Индиана Джонс?

Те, кто уже довольно пожил на этом свете, поймут прелесть этого занятия. Мои ровесники отлично представляют себе сколько «материальных следов» оставляют в наших квартирах пронесшиеся над потихоньку седеющими головами дни, месяцы и годы.

В пещерах древних людей этот набор был стандартным– кости и каменные скребки, кремневые наконечники. Перебирая их те наверняка вспоминали, что тот этим копьем я забил во – о – о – от такого мамонта, а вот это наконечник от стрелы, которой я подстрелил во – о – о – от такую индюшку… А в современных квартирах… У современного человека такие следы многажды разнообразнее.

И интереснее – ведь вещей, которыми сегодня пользуются люди, сильно прибавилось.

Поэтому этот багаж «материальных следов» у каждого человека может быть свой, ни на что не похожий. У одного большая его часть сосредоточена в книгах и письмах… У другого– в пластинках и кассетах. У третьего фотографиях и марках… У четвертого – в мягких игрушках или старом тряпье, или мелочах, которых уже и не помнишь, когда купил и для чего.

У меня самого, например, это кассеты и диски с музыкой, книги и когда – то собранная коллекция конфетных фантиков. В иные времена пил с товарищами чай на работе и собирал. Хотя и марок тоже хватает… Теперь все это лежит по углам, и хоть и не просит хлеба, но место все – таки занимает…

Вот задумайтесь! Как странно устроены люди. Находятся иногда какие – то вещи, о которых ты не помнишь, и, не попади они в этот момент под руки и не вспомнил бы никогда, но стоит только взять их в руки, то понимаешь, что выбросить это просто невозможно. Выбросить это, значит выбросить кусочек своей души… И приходится аккуратно вытерев пыль с находки, возвращать её обратно, чтоб снова забыть про неё.

Я думал о странностях человеческого сознания, а щетка пылесоса медленно ездила по ковру туда – сюда, туда – сюда…

Под завывание двигателя, накопившиеся на два дня пылинки и мусор послушно исчезали в раструбе пылесоса. Сверху, со шкафа, на меня смотрел кот Филимон. С кряхтением разогнувшись, я позвал зверя, но шкодник не отреагировал. Наверное, боялся пылесоса. Подумав о психическом здоровье кота, я нажал на кнопку «выкл». Шайтан – машина кашлянула и умолкла.

Я осторожно уселся в кресло.

Последние несколько дней настроение было– хуже не придумаешь… Возраст, здоровье… На всех фронтах несу потери… Одна радость – скоро будут внуки. Правда и внуки – это ведь тоже звоночек для тебя. Знак того, что жизнь идет не останавливаясь, и ты все ближе и ближе к краю, за котором каждого из нас ждет Неизвестность. Грустно…

Пылесос лежал в ногах, словно только что пойманная добыча, и остывал. У него тоже был почтенный по нынешним временам возраст, но все – таки поменьше моего. Сквозь прозрачный пластик корпуса видно было его нутро и неаппетитные внутренности. Там неаккуратным комком лежали бумажки, пыль и кошачья шерсть.

– Почему с человеком так нельзя? – спросил я у Филимона. – Почему нельзя вытрясти из собственной души гадости, что накопились за всю жизнь? Все неудобные воспоминания, мысли о возможном, но не сбывшемся, собрать и выбросить… Почистить жизнь, как грязный ковер…

Кот широко зевнул, показав клыки. Котик– красавец и умница. Сплошь черный, считай, пантера на микросхемах.

– Хочешь сказать, что лучше бы было, вовсе не сорить. Согласен. Наверняка ведь многое могло было в жизни повернуться по – другому.

С полки над головой я достал фотоальбом.

Вот тут моя прошлая жизнь, в этих маленьких черно – белых фотокарточках. Родители. Я совсем маленький, я побольше, на коленях у старшего брата Андрея, я уже школьник. Друзья… Молодые, длинноволосые… Тогда все были длинноволосыми. Вместе с двумя друзьями мы слепили рок группу с дурацким названием «Мятое зеркало» и считали себя матерыми музыкантами, играя самодельные песенки… Неплохие, между прочим песенки, как говорили окружающие.

Пальцами я принялся выстукивать ритм одной из наших ранних песен. «Топор». Наш штатный поэт Никита Кузнецов написал её еще в 8 или 9–м классе… «Много лет прошло с тех пор, как изобрели топор…» Действительно. Много лет прошло….

Таких как мы в 70–е годы было множество– в школах, в институтах, в НИИ… Кто – то из них взлетел, став звездами в 80–х–90–х года, кто – то сгинул, оставив за собой след из нескольких хороших песен, которые и по сей день можно встретить в эфире.

А большая часть просто растворилось во времени, не оставив после себя ничего, кроме благоговейно хранящихся в домашних архивах, уже осыпавшейся магнитофонной пленки «Тип 10» и листочках с криво записанными строчками самодеятельных стихов…