Дар Королевы

Когда грозный ректор без стука зашел на пару, всю группу чуть не хватил удар, затихли как неживые. У меня и у самой едва не остановилось сердце, зато мозг наоборот успел перебрать тысячи вариантов, зачем я ему понадобилась. В итоге Мирослав просто водрузил мне на стол кучу бумаг, и прежде, чем мы додумались хотя бы поздороваться, бросил:

— Ознакомьтесь.

Спросить его, хотя бы до какого числа, я не успела, потому что он уже вышел.

Сверху лежал список преподавателей, для которых надо было расписать обязанности на время нашего большого мероприятия, которое мы в рабочем варианте называли «веселые финиши». Здесь же гордо значилось «Оздоровительная Олимпиада по внутривузовским предметам». Надо Анжеле показать, она любит такие штучки.

— Что там? — робко спросил кто-то, пока шуршала листами.

— Это пакет документов по большому мероприятию академии, — честно призналась я, чтобы они тоже отнеслись к этому серьезно.

— Все?! — студенты оправдали ожидания и серьезно испугались.

— Видимо да. До конца я не досмотрела.

В итоге мне пришлось всю пару повторять, что раскрывать секрет не хорошо и бить по рукам особенно любопытных. Нападки на бумаги на моем столе прекратились только, когда на них сел Игорь.

Вечером же, когда я и так чувствовала себя усталой и разбитой, мне пришлось все эти бумаги перебирать. Конечно, я могла и подождать до завтра, но выбор у меня был небольшой. Либо думать о бумагах, либо о Юре, которого я сегодня видела. Я хотела пригласить его по-дружески вечером к себе, помириться, поговорить, как раньше…но пока собиралась, он ушел, а мне пришлось ругать себя последними словами за такие мысли.

Бумаг оказалось очень много. Наверное, две пачки, которые обычно покупаются для принтера. Кстати, у Мирослава в кабинете, где-то в потайном красном углу действительно стоял компьютер. Поэтому не удивительно, что все бланки были напечатаны. Зная погрешности своего почерка, я бы лучше прямо там и заполняла.

Я попыталась хотя бы перебрать всю кучу. Изначально я создала две кучки: то, что я могу заполнить сама, и то, для чего мне потребуется Анжела, Олег и еще желательно много народу по очереди. Но скоро хорошая бумага закончилась, и началась гора ветхих старых рукописей, с прикрепленной запиской на оранжевом отрывном самоклеящемся листочке.

«Это все, что у нас осталось от королевской семьи. Если есть желание, то почитай».

Первая часть — листы, скрепленные тонкой веревкой в правом верхнем углу. Даже завязка подернута временем, не говоря уже о самой бумаге. К такому творению было страшно прикасаться. К счастью, написанное там, мне уже рассказали. Прилагалась и история от основания мира посреди миров, но она уместилась на первой странице, поэтому я не потревожила все остальное.

Мир, в котором находится Рейхард был таким же как наш, пока одиннадцать незнакомцев не встретились вместе, открыв в себе невиданные возможности в волшебстве. Войной или миром, но они захватили власть, избрав королем сильнейшего, а остальных назначив князьями. Так все и жили, пока обычные люди не нашли в себе похожие способности. Изначально они были слабее, чем у благородных семей, но в дальнейшем разрыв все уменьшался, пока не стал едва заметен. Через пару сотен лет уже почти забыли, кто такие князья на самом деле. Учредили титулы баронов и графов для оборотней и вампиров, которые основали династии. Это усреднение и стало одной из причин восстания против королевы Селены.

Дальше летопись пестрила скучными датами войн, коронаций, договоров и заканчивалась где-то на моем теоретическом дедушке. Почему на этом она прекратилась, нигде указывалось, так что мне оставалось грешить только на нездоровье летописца.

Следом за ней лежали разрозненные листки бумаги, которые оказывались то черновиками приказов и распоряжений, то просто выдранным откуда-то текстом. Самым интересным здесь были обрывки из книги «посещений» дворца, которую вела охрана, и тонкая тетрадка в клеточку.

Из отрывков я поняла, что Мирослав часто заходил в гости к королевской семье. Цель визитов, почти постоянно — «по личным делам к принцессе Селене». Странно, но, похоже, они были близкими друзьями, но я бы никогда не догадалась с его слов. Когда она стала королевой, посещения сократились, хотя, может, мне в руки попался такой период. Но он по-прежнему заглядывал к ней, а иногда и к ее мужу. К принцу и принцессам особо никто не заходил, так что визиты Мирослава в королевскую юность казались тем более странными. Альбины в списках не значилось.

Эдик дежурно заходил раз в два месяца. Если он не появлялся, то на полях стояла пометка: вызвать ректора Знаменова. В ту пору академия находилась полностью под его крылом, он и бегал отчитываться начальству. Мирослав, как я поняла, занимался какими угодно делами, но нисколько не связанными с нашим миром.