Дальше…

Дождь. Противный мелкий дождь моросил. Раньше, будучи ещё ребенком, я обожал его. Особенно весной, в мае. Любил наблюдать из окна своего дома за тем, как капли воды приземляются и растекаются по свежей зелени в бабушкином саду. Да, именно свежей. Летом природа не настолько зелёная как весной. Уставшие под солнечными лучами растения постепенно теряют свою первозданную окраску. В детстве это казалось волшебным. Сейчас же дождливая погода мне была отвратительна. Моё и без того депрессивное настроение она утрировала своей серостью и сыростью. Единственный на данный момент, пожалуй, её плюс – дышать стало легче, свободнее, по крайней мере, физически.

Вчера я был обыкновенным работником отдела по исследованиям, а сегодня чувствую себя чуть ли не врагом народа.

Думал ли я, что у меня получиться изобрести что-либо дельное или стать свидетелем уникального события? Нет, наверное. Хотя работал много. Не верил в себя, поэтому и работал дни напролет. Как говорил мой дед: «Трудолюбие – это тоже талант. Особенно если других талантов у тебя не имеется.» И что теперь? Ну допустим трудолюбив я, и что? Из-за этого задержался на работе, из-за него увидел тот неизвестный портал, из-за трудолюбия сейчас здесь сижу и жду своего приговора. Я даже не знаю, как это получилось, куда он ведет. Просто оказался не в том месте и не в то время.

Молодец, Алексей! И месяца не прошло после моего перевода в отдел, а уже встрял!

Эх, сейчас бы развалиться с дедом на его старом раскладном диване и слушать про то, как он помогал проектировать машины на первом в стране автомобильном заводе, хоть и известно мне, что на самом деле он там был последним важным человеком. Ну и пусть. Всяко лучше, чем сейчас сидеть на ступеньках у входа в отдел безопасности.

– Федоров, чего на холодном бетоне расселся?! Здоровья много?! – внезапно вытащил меня из раздумий голос начальника.

Мой шеф, Сергей Сергеевич, – хороший руководитель, ничего плохого за него не скажу. Тем не менее иногда он любит появляться в самый неподходящий момент и доставать родительскими нравоучениями. Есть такая привычка. В принципе, если трезво подумать, то он почти всегда прав. Правда признавать его правоту не хочется. Гордость не позволяет. Или глупость.

– Здравствуйте, Сергей Сергеевич, – протянул я ему руку.

После рукопожатия мы оба присели на ту же, застеленную его ветровкой, ступеньку.

– Скажи мне, Саша, пожалуйста, как ты умудрился? – потер он свой затылок.

Сергеевич дружил с моим отцом, поэтому я для него чаще был Сашей из отдела инновационных технологий, а не Лёшей из его же отдела по исследованиям.

– Сам не пойму. Всё было как во сне. Вспышка, и я уже здесь сижу с вами. Верите?

– Верю, – устало потер он переносицу.

Дождь потихоньку начал утихать.

– Слушайте, вдруг это не мой косяк, и на самом деле с той стороны открыли портал, а мне просто повезло очутиться там? Как вариант?

– Ты что-то натворил? Самодеятельностью занимался всё-таки? – встревоженным голосом спросил Сергеевич.

– Нет. Вы что! Я проверял данные в рабочем компьютере.

– Смотри мне!

– Да правда ничего не делал. Поэтому спрашиваю. Мало ли…

Ненавижу оправдываться.

– Ну знаешь… После увиденного я уже ничему не удивлюсь, – шмыгнув носом, он продолжил. – Ты конечно везунчик по жизни. То споткнешься на ровном месте, то телефон перепутаешь с пустой коробкой из-под сахара и выкинешь в мусорное ведро. Ни минуты покоя. Прям твой девиз по жизни. Может надо тебя к бабке сводить? Пусть яйцом выкатает. Авось поможет.

– Сергеевич, не смешно. У меня тут жизнь, можно сказать, на волоске висит, а вы шутки шутите.

– А как тут не шутить? В таких ситуациях только чувство юмора и спасает. Хотя раньше с подобным мы не сталкивались. Это тебе ещё повезло здесь спокойно сидеть. Я-то думал, что церемониться не будут. Закроют Лёшеньку, и всё.

– Чего им меня закрывать? Я что, преступник?

– А кто тебя знает! Вон каких наворотил дел! – по-доброму ухмыльнулся он. – Забыл главное спросить, как это вообще случилось?

– Да я уже говорил, что смутно помню. Приборы вдруг ни с того ни с сего начали зашкаливать, а потом вспышка. И всё. На пол стены эта рама. Или портал. Как хотите, так и называйте. В ушах сразу загудело. Думал всё, пришло моё время.

– Алексей, вечно у тебя «всё»! – задумчиво потёр Сергеевич подбородок. – А эти когда приехали? – кивнул он головой на табличку «Отдел безопасности».

– Я первые минут десять почти не запомнил. Сначала вроде стоял как гвоздями приколоченный к месту, потом побежал к охране. Ну а дальше они вызвали их.

– Ясно, – вздохнул он. – Ты здесь сколько получается торчишь? Часов десять?

– С восьми вечера. Сначала с охраной сидел внутри, общался с их главным, а недавно мне разрешили выйти на свежий воздух подышать. При условии, что я не сбегу. Интересные они, куда мне бежать, здесь куча камер и охрана по периметру, да и незачем.

– Я смотрю, ты зря времени не терял, – заговорщически подмигнул Сергеевич мне.

– Это да, – измученно я улыбнулся.