Да, Босс! или приказы не обсуждаю

Сегодня точно не мой день! 

Как я могла проспать? Ну почему именно сегодня, как раз тогда, когда начальник настоятельно просил всех не опаздывать? 

После его яркой речи, я думала, что самая последняя, кто может прийти не вовремя, ведь до этого, сколько работаю, ни разу не бывало такого, чтобы я задержалась, проспала или долго простояла в пробке. Я никогда не опаздывала! Так что же случилось сегодня? 

В ускоренном режиме натягиваю белье и чулки, торопливо надеваю голубую рубашку, синюю юбку и китель. В спешке подпрыгиваю к зеркалу, пытаясь запихнуть ногу в черную матовую туфлю на высоком каблуке. Останавливаюсь, оглядывая себя со всех сторон. Ну кто выдумал эту форму? Чувствую себя в ней максимально некомфортно. Вести допросы в юбке выше колена - не самое приятное занятие, точно так же, как и выезжать на место преступления на каблуке, хоть и устойчивом, но все-таки высоком. 

Светлые густые волосы собрать не успеваю, поэтому просто запихиваю в сумку расческу и выбегаю на улицу, где уже ждет заказанное такси. Здороваюсь с водителем и сажусь. Ерзаю, как на иголках, увидев, что до планерки осталось пятнадцать минут, а ехать, как минимум, около двадцати. 

Набираю номер Агаты, моей коллеги, а по совместительству лучшей подруги. Женщина она очень яркая и интересная. Красные с бордовым отливом волосы коротко подстрижены, добавляя высокой стройной Агате особый шарм, делая ее образ еще более независимым и уверенным. Она, как и я, работает в Следственном комитете, но в отличии от меня, следователя, Агата - эксперт-криминалист. 

Сошлись мы с ней очень интересно. Когда я, юный работник, только выпустившийся из университета, приехала на свое первое задание, на месте меня уже ждала почти вся группа. Я быстро осмотрела дом, зафиксировав его особенности и наличие камер видеонаблюдения.  

У входа в подъезд, где произошло преступление, меня встретили патрульные и два оперативника, которые быстро ввели в курс дела и отправили изучать квартиру. Один, мужчина лет сорока остался внизу. Со мной же до места преступления пошел симпатичный парень, чуть старше меня самой. 

Я, испытывая легкое волнение, поднималась по подъезду, слушая громкие, эхом раздающиеся звуки цокающих каблуков. Алексей, как представился мой сопровождающий, рассказывал мне веселящие байки, подкрепляя их явно выдуманными фактами, на что я просто закрывала глаза, не пытаясь уличить парня во лжи. Это его дело, хочет казаться героичнее, пусть будет так. 

К квартире мы подходим быстро, и я радуюсь скорому избавлению от гиперболизированных историй. Не будет ведь Алексей мешать мне в осмотре места преступления и составлении соответствующего акта. Парень торжественно распахивает дверь в квартиру, поздравляя меня с первым делом и первым криминальным жмуриком (повторяю дословно). Именно в этот момент в кармане Алексея начинает вибрировать телефон, и оперативник, извинившись, отходит, пообещав вернуться с понятыми. 

Я захожу в квартиру, не ждать ведь, когда парень вернется. Останавливаюсь в коридоре, окидывая помещение взглядом. Все вещи стоят идеально ровно, не похоже, что сюда кто-нибудь вломился. Единственное, что привлекает мой взгляд, - это рамка, в которой нет фотографии. Странно, ведь никто в здравом рассудке не будет ставить ее пустой. Отмечаю себе, что нужно будет спросить у криминалиста, насчет снятия отпечатков с этого предмета. Записываю, все что вижу в акт и прохожу дальше. 

Оказываюсь в небольшой гостиной. Вот здесь уже менее идеально. Ковер откинут, документы, вероятно, лежавшие ранее на столе, теперь вместе с яркими зелеными яблоками рассыпаны по полу. В кресле замечаю женщину, склонившую голову на бок. Ее кожа по-вампирски бледная. Ну, а в каком еще виде я хотела застать жертву? Возможно, так кажется еще из-за ярких волос и губ, накрашенных в тон, но, в любом случае, я готова и к картинкам пострашнее. 

Подхожу к женщине, изучая ее вид и отмечая, что ей около сорока. На шее замечаю расстегнутую цепочку, на которой, возможно, раньше висел какой-нибудь ценный кулон. И он вполне мог стать причиной покушения на его обладательницу. Наклоняюсь над жертвой, чтобы рассмотреть цепочку внимательнее. Вдруг, она распахивает глаза. Нет, я, конечно, ожидала что угодно, но уж точно не того, что оживлю умертвие. 

Мы с женщиной синхронно начинаем визжать на ультразвуке, отпрянув друг от друга, я - ближе к противоположной стене, а она, вспрыгнув и зайдя за кресло. Да уж, на лекциях такой ситуации с нами точно не рассматривали. Мы, не додумавшись до того, что можно просто поговорить, продолжаем визжать, пока нас не прерывает басистый голос старшего оперуполномоченного.