Чужие звезды

Фантастический рассказ

Уж так мы устроены, люди,

Что будто туман над лугами

Скрывает все то, что таится

                              у нас под. ногами,

И так повелось в этом мире,

Что часто веками,

Не можем мы тронуть

Того, что у нас под руками.

И очень нередко сегодня

Не видим глазами

Того, что назавтра самим нам

Должно показаться азами.

Л. Мартынов.

(«Башкирская пещера»).

Она махнула ему огнен­ным хвостиком. Вот так! Тем самым, который всег­да маячит перед неудавшимися охотниками и на который всякого рода насмешники, на­чиная с седой, далекой древ­ности, советовали насыпать со­ли.

— Чистый этнограф нам не нужен, — сказали ему и улыб­нулись. Улыбка относилась не столько к профессии, сколько к его тщедушной фигуре. И он это понял. А они не поняли, что он хотел отдать им не только свое тело, но и сердце и зна­ния этнографа. Но этнограф действительно был не нужен в этой экспедиции. Нужно было исследовать планетную систему старой Красной звезды, давно известной по астрономическо­му каталогу любому студенту, и дождавшуюся, наконец, сво­его часа в трудной космиче­ской очереди. Ни о каких циви­лизациях и речи быть не могло.

Уже давно исчез огненный след звездолета, и только свет­лая точка осталась на черном небосклоне. А может, и ее не было, может, она была просто обманом зрения.

Он опустил голову и, накло­нившись вперед, устало загре­бая ногами, пошел в степь. Не дано... Не дано увидеть чужое небо. А это очень горько, когда что-то не дано, особенно, если это «что-то» — далекие звезды, о которых мечтаешь с детства.

Предмет доставили на Зем­лю. Здесь он выглядел еще более несуразно. Его по­местили в прозрачную вакуум-камеру. Все непонятное волну­ет — и у камеры постоянно толпится народ. Всем было яс­но главное: это сделано разум­ным существом. Руками, щу­пальцами ли, при помощи ма­нипуляторов или автоматов — это сделано разумным сущест­вом, на очень далекой планете, за много тысяч лет до посеще­ния человеком системы Крас­ной звезды. Загадка не давала покоя ученым.

Начались комплексные иссле­дования.

На острове Закинфе, в Ионическом море, этно­граф нашел остатки счет­ной машины. Она была на 400 лет старше той, на которой в 65 году нашей эры греки рас­считывали движение планет. Четвертый месяц подходил к концу. Работа была заверше­на.

Он сидел на берегу и смот­рел на розоватые блики захо­дящего солнца в волнах. Вне­запная мысль вдруг связала два, казалось бы, ни в какой плоскости не увязывавшихся явления: загадку Красной звезды, о которой он слышал по своему маленькому прием­нику, и его, древнюю, как эти волны, скалы, счетную маши­ну — сложное и простое, мудрое и наивное изобретение предков, живших 3 тысячи лет назад. Этнограф смотрел на море и не видел его.

...Человечество движется по пути познания. И это движе­ние мы определяем словом «вперед». Да, время уводит нас в Будущее, к звездам, в глубь океанов и Земли... И в то же время ученые, может, не столь уже популярных про­фессий, как астронавигаторы или звукоскульпторы, пытают­ся проникнуть в Прошлое, в седые века и тысячелетия. Они расходятся с теми, кто идет вперед по оси времени в разные стороны и все даль­ше и дальше... Но расходят­ся ли? Не идут ли они по ги­гантской окружности, где каж­дое, даже небольшое откры­тие — это добыча науки, и залог неминуемой встречи? И может быть, очень может быть, что там, где на этом пути начинается самая простая простота,— берет начало и са­мая сложная сложность...

Загадка Красной звезды и закинфская «электронная» ма­шина — явления одного поряд­ка? В том смысле, что и то и другое — творение разума...

Он долго еще сидел на бе­регу. В небе уже висели боль­шие звезды. Он смотрел не них и чувствовал, как опять наплы­вает на него тоска по далеким мирам и чужим созвездиям над головой, и сжал рукой глад­кую маленькую пластинку. Ла­донью ощутил прорези в ней, острые края и как-то сразу ус­покоился. Пластинке этой было 2500 лет — и это тоже была далекая звезда, до которой не долететь ни на одном звездо­лете: потому что ее мир был в Прошлом. Ее мир и его лю­ди... Только разум может со­вершить это путешествие, пре­одолеть это мертвое ничто в 2 тысячи лет и силой своего во­ображения оживить картины, застывшие в толще времени, где нет расстояний и звуков.

Но ведь те люди с помощью своей машины рассчитывали движение планет! Зачем? Они тоже хотели увидеть чужое, да­лекое небо... Как и он...

Этнограф встал и, не огля­дываясь, зашагал к рыбацкому поселку: он попрощался с мо­рем и завтра уезжает на роди­ну. Маленьким экскурсионным парусником через пролив, по­том поездом — 200 километ­ров в час... Воздухом, на стра­топлане, конечно, быстрей, но он плохо переносит полеты. Приедет, отдохнет... Через семь дней доклад Объединенной ко­миссии по исследованию «За­гадки». Загадка... Надо будет пойти...

Маленькая пластинка была теплой: ее согрела рука.

Тело вращения... Кривая переменного радиуса мо­жет быть приблизительно описана уравнением шестна­дцатой степени... Радиус 2833,18 миллиметра.