Чужая память

Вилена открыла глаза. Начиналось утро. Такое яркое и красочное солнце могло быть только ненастоящим, даже летом. Современные здания стояли так густо, что места для древнего светила оставалось очень мало. Зато теперь его ресурсы использовали с огромной пользой. Почти над каждой многоэтажкой висела своя солнечная панель, обеспечивающая бесперебойное питание всех квартир, хватало энергии даже на неоновые вывески. Стоит ли говорить о том, что от избытка электричества люди изобрели ещё и искуственный вид за окном? Очень часто хотелось видеть что-то ещё, помимо унылых бетонных стен соседней многоэтажки.

Девушка присела на койке, приглядываясь к окружающему пространству. Всё до жути банально. Стандартная кровать, две тумбы, на одной из которых располагалось медицинское оборудование, подобранное специально для вида недуга и степени серьёзности болезни. Аппарат Вилены измерял основные функции: сердцебиение, давление и что-то ещё. Она прищурилась и прочитала что-то, написанное на медицинском языке. Единственное, что она поняла – ей измеряли черепно-мозговые показатели.

Вилена с трудом подняла онемевшую руку и прикоснулась к голове. Так и есть: на ней повязка, а от неё идёт какой-то невесомый шнур. Что случилось?

В палату вошла медсестра.

– А, госпожа Динарова, вы пришли в себя. Подождите минутку, я сниму показания и позову доктора. Он всё расскажет.

– Что со мной?

– Все вопросы к доктору.

– Хорошо, – девушка откинулась, снова устремив свой взгляд в окно. Ей показалось? Или солнце переместилось?

Медсестра уже уходя вспомнила, что пациентка могла быть голодной.

– Да, я буду кушать, – ответила Вилена на простой вопрос.

– Тогда ожидайте, вам сейчас всё принесут, – вежливо кивнув, молодая особа вышла.

Спустя несколько минут в палату внесли поднос с чем-то ароматным. Девушка задумалась. Искусственная еда так не пахла, а настоящие продукты стоили недёшево. Итак, она в палате, где видно солнце и кормят натуральной пищей и скорее всего она не из бедных. Уже что-то. Или же она просто жертва? Вполне возможно, что её сбил кто-то из богатеньких и таким образом откупается. Наказание зависит от степени тяжести. В тюрьму за это не отправляют – заставляют содержать человека до тех пор, пока сумма штрафа не иссякнет, а суммы обычно заоблачные. Или же производственная травма. Господи, да на каком же предприятии могло такое случиться, если всё вокруг роботизировано? Сейчас высший класс даже домработниц не нанимает, всю работу по дому делает машина. Даже пищу готовит специальный робот. Она это знает, причём не из книг. То есть, она всё же не нищая. Ничего, версия про аварию всё ещё в силе, богатые богатых тоже иногда калечат, такое тоже бывает повсюду.

Солнце почти спряталось под крышей, значит время где-то ближе к полудню. Время посещений уже в самом разгаре, но до сих пор так никто и не зашёл. Никто не пролил свет на произошедшее. Вилена нажала кнопку вызова обслуживающего персонала. В палату заехал робот и убрал поднос. Девушка задремала.

Машина ехала по разбитой дороге. Девушка старалась держаться за переднее сиденье, но её то и дело кидало в разные стороны. Меньше всего она старалась кидаться в сторону водительского сиденья. Водителя звали Никита. На заднем сиденье сильно подержанной шестёрки сидели друзья – Миша и Лена. Ну не то, чтобы сидели и не совсем друзья. Миша был ей братом, Лена его девушкой, а Никита просто был мечтой любой девчонки. Красотой он не был обделён, невысокого роста, с крепкой натренированной мускулатурой, верный и надёжный спутник по жизни. И гвоздь забьёт и на руках в избу занесёт.

– Иди ж ты… – выругался красавчик Миша. – В баню. Мог бы кочки поменьше выбирать.

– Вообще-то дорога закончилась ещё пару километров назад, – невозмутимо заметил Никита. – А речки до сих пор не видно. Ты уверен, что мы туда едем?