Что тебе отпущено

— Есть для тебя новое дело, — сказал мой босс, Рэймонд Чен. — Убийство.

Сердце моё забилось чаще. Орбитальное поселение Менделия считалось утопией. Убийство здесь — дело неслыханное.

Чен был тучен — никогда не упражнялся, обожал жирную еду. Он знал, что его образ жизни отнимет от этой жизни пару десятков лет, но это, собственно, только его дело.

— Кто-то прикончил прорицателя на Четвёртом колесе, — сказал он, тяжело вздыхая. — Барански уже на месте.

Я вскинул брови. Мёртвый прорицатель? Это и правда должно быть очень интересно.

Я взял свой портативный сканер улик и покинул «Копоторг». Название официальное — ведь на Менделии, как известно, нет налогов. Тебе нужен коп — ты его нанимаешь. В данном случае, как сказал Чен, нам будет платить Гильдия Прорицателей. Это означало, что мы можем не стесняться в расходах — ГП была отвратительно богата. Один из немногих существующих на Менделии законов предписывает каждому пользоваться услугами прорицателей.

Менделия состоит из пять модулей, каждый из которых напоминает тележное колесо со спицами, ведущими к центральной втулке. Втулки все соединены длинной осью; также транспортные трубы соединяют внешние края колёс. Вся эта конструкция вращается, создавая на ободах силу тяжести, и благодаря транспортным трубам вам не приходится спускаться сначала к оси колёса в область нулевой тяжести по спице, а потом подниматься по спице соседнего колеса.

«Копоторг» находится во Втором колесе. Обода колёс полые, и здания внутри них стоят на внешней стенке крышами к оси. На Менделии много открытых пространств — какая же без этого утопия, но наше небо — голограмма, спроецированная на изогнутую внутреннюю стенку обода над нашими головами. Вход в «Копоторг» расположен рядом с транспортной петлёй Второго колеса — набора магнитных монорельс, вдоль которых бегают роботакси. Я вызвал такую, махнул дебетовой карточкой перед немигающим глазом, и роботакси отправилось в путь. Семья Карлинг, владеющая службой такси, была одной из старейших и богатейших на Менделии.

Поездка заняла пятнадцать минут. Сюзанна Барански ждала меня снаружи. Она хороший коп, но слишком ещё зелена, чтобы справиться с делом об убийстве в одиночку. Но всё же она получит очень щедрый кусок контракта как офицер, ответивший на вызов — в конце концов, коп, берущий трубку, никогда не знает, кто будет платить — если платить вообще будут. Если в деле появляются деньги, тот, кто ответил на вызов, получает несоразмерно большую долю.

Я уже раньше пару раз работал с Сюзанной, и даже однажды ходил смотреть, как она играет на виолончели в симфоническом оркестре. Прекрасный образчик того, для чего Менделия была создана. родители Сюзанны Барански были синие воротнички. Они работали сварщиками на строительстве Пятого колеса; не те люди, что обычно посылают дочь учиться музыке. Но сразу после того, как она родилась, прорицатель сказал, что у Сьюзи музыкальный талант. Не настолько большой, чтобы зарабатывать им на жизнь — поэтому работает она копом — но всё же достаточный, чтобы его грех было не развивать.

— Привет, Тоби, — сказала мне Сюзанна. У неё были короткие рыжие волосы и большие зелёные глаза, и она, разумеется, была в гражданском — если вы хотите копа в форме, то звоните нашим конкурентам из «Шик-блеск, Inc».

— Как делишки, Сьюзи, — ответил я, подходя к ней. Она отвела меня к двери, зафиксированной в открытом состоянии. Голографическая вывеска рядом с ней гласила:

Мы вошли в роскошно обставленную приёмную. Предметы искусства для такого рода заведения были довольно необычные: оригинальные политические карикатуры, выполненные шариковой ручкой. Тут была генеральный директор Республики Да Силва с непропорционально огромным носом, рядом с ней Аксель Дюрмонт, нынешний президент Земли, полупогребённый под грудой законопроектов и лент, которые явно были бы красными, будь рисунок цветным[1]. В глаза бросилась подпись художника — имя Скай с изогнутыми линиями под ним, изображавшими, как я догадался, облака. Как и Сьюзи, наш покойник обладал разнообразными талантами.

— Тело во внутреннем личном кабинете, — сказала Сьюзи, показывая дорогу. Эта дверь также была уже открыта. Она вошла первой, я последовал за ней.

Тело Ская Хиссока сидело в кресле за столом. Его голова была снесена начисто. Огромная кровавая гвоздика покрывала большую часть стены позади него, и кусочка мозга были повсюду на стене и на тумбе позади стола.

— Господи, — сказал я. Вот тебе и утопия.

Сьюзи кивнула.

— Очевидно, бластер, — сказала она с видом гораздо более искушённого в таких делах специалиста, чем была на самом деле. — Вероятно, гигаваттной мощности.