Чистилище. Том 1-2

«Reus N 138466749001, твоя Карма признана отрицательной, наказание…

Ошибка…

Reus N 138466749001, решение суда отправлено на пересмотр. Ожидание вердикта займёт некоторое время..»

Алые строки, проступившие перед взором в полнейшей темноте. Захотел пошевелиться и тут же понял, что не чувствую своего тела. Какого хрена? Где я, и что вообще происходит?

Попытался вспомнить, что было перед попаданием в это негостеприимное, тёмное место. Накатили видения недавнего прошлого — перед взором, словно в замедленной съёмке, прокрутился наш неприятный разговор с Машей, окончившийся расставанием. Потом я долго бродил по улицам города, не обращая внимание на окружающий мир. Ах, да, я же зашёл в бар! Воспоминания навалились снежной лавиной. Яркие, наполненные звуками и запахами.

«Помещение бара, в котором было сумрачно — хорошо освещалась только длинная стойка, выполненная из морёного дуба, и бар за ней. С боку от стойки работал большой телевизор, который смотрели бармен и один единственный посетитель.

— Что вам, молодой человек? — обратился ко мне бармен, когда я, сбросив на спинку высокого стула свою куртку, сел.

— Чего-нибудь покрепче!

— Чё, пацан, горе пришёл залить? — заговорил посетитель, повернувшись ко мне лицом. Ох тыж! Вид у мужика был — краше в гроб кладут. Осунувшиеся черты лица, синюшные круги вокруг глаз, в которых плескалась лютая тоска. У человека явно были серьезные проблемы, о чем он и сообщил тут же: — Херня твое горе, если с моими проблемами сравнивать. Поболит и пройдёт.

Мужик вновь отвернулся от меня, уставившись на экран телевизора. По ТВ началась новая передача. Бармен, пододвинув ко мне стопку с алкоголем и дольку лимона на блюдечке, сделал погромче звук — явно заинтересовался происходящим на экране. Я залпом осушил рюмку — её содержимое мягко упало в желудок, в котором тут же стало распространяться тепло. Поморщившись от неприятного привкуса во рту, ухватил лимон и, забросив его в рот, тоже уставился на экран.

— Владислав Семёнович, сколько на сегодняшний день исчезнувших людей?

— По нашим данным, только в России девяносто семь зарегистрированных случаев, и более семи тысяч по миру. Сколько пропавших реально, нам не известно, к тому же статистика может смениться в любую секунду.

— Официальной версии происходящего по прежнему нет, что вы скажите по этому поводу?

— Ну, замечено, что пропадают в основном люди хорошо обеспеченные материально, я бы даже сказал — богатые. Так же нам известно — большой процент исчезнувших, это высокопоставленные чиновники. Все мы помним, когда в Самарской области в один день из небольшого городка исчезли мэр и его заместитель.

— Владислав Семёнович, ходят слухи, что люди пропадают не случайные. Два дня назад в сети появилось официальное расследование небезызвестного всем доктора социологических наук, Стива Ричардсона. — ведущая указала на большой, во всю стену, экран, на котором появилось изображение мордастого краснолицего мужика, сурово смотрящего куда-то вдаль. — Доктор утверждает, что все пропавшие вели преступный образ жизни. Многие из них неоднократно ходили под следствием, а некоторые, хм, побывали в местах лишения свободы.

— Всё это полнейшая чушь! — гость программы даже вскочил на ноги и ткнул пальцем в экран. — Всем известно, чем прославился этот Ричардсон, когда произошел международный скандал, с…

— Выключи эту хрень! — внезапно рявкнул посетитель бара, вскакивая на ноги, от чего стул опрокинулся и покатился по полу. Мы с барменом с удивлением уставились на мужика. Тот, затравленно озираясь, отскочил от барной стойки и заорал, — вы нихрена не понимаете, это все правда! Они судят нас!

Психованный пнул ногой стул и рванул на выход из бара, матерясь на каких-то судей.

— Дмитрий Михайлович! — растерянно произнёс бармен, глядя вслед мужику, и совсем уж обречённо добавил, — меня уволят.

— Это что за сумасшедший? — спросил я, доставая из кармана кредитную карточку. Желание напиться испарилось без следа, хотелось послать весь этот Чертов мир куда подальше.

— Это зам генерального прокурора нашего города, — произнёс бармен, протягивая мне считыватель. Расплатившись, я поднялся и двинулся к выходу, по пути одевая куртку, когда меня окликнули, — парень, выручи, а? Дмитрий Михайлович телефон забыл, передай пожалуйста, сделай доброе дело! Если я сейчас покажусь ему на глаза, меня точно уволят.

— Давай. — не знаю, почему я решил помочь этому бармену. Какое мне дело до его проблем?

Вернувшись к стойке, взял телефон психованного и, не обращая внимания на слова благодарности, вновь направился к выходу.