Четверо под одной обложкой

Уже само название «Четверо под одной обложкой» говорит о том, что у этой книжки не пять, не семь, не двенадцать, а только четыре автора.

Каждый из них самостоятельно пишет юмористические рассказы, а над произведениями для эстрады они работают попарно: Арканов — с Гориным, Камов — с Успенским. Подбор соавторов, очевидно, шел в алфавитном порядке.

Обычно в предисловии к книге полагается сообщать краткие биографические сведения об авторах. Но писать о самом себе неудобно, и поэтому каждый из авторов попросил, чтобы это сделали за него трое других. Однако трое других написали о четвертом такое, что помещать на первой странице было невозможно.

По этой причине все биографические сведения о каждом авторе перенесены в середину книги.

Извините, ради бога, за то, что вы открыли страницу с этим фельетоном. Я понимаю, что читать во время еды неприлично, а кроме того, чтение во время еды не способствует усвояемости пищи. А кроме того, мать или жена уже начинает кричать на вас. Так что, пожалуйста, не читайте этот фельетон! Честное слово, не стоит ради какого-то чтива ссориться с домашними, нарушать этикет и непочтительно относиться к собственному желудку…

Извините, пожалуйста, за то, что вы открыли страницу с моим фельетоном в тот момент, когда троллейбус везет вас к месту работы. Простите… Не смотрите на автора и на название… Прочтите лучше эпиграф. Право же, это приятней. Кроме того, вы не рискуете проехать свою остановку.

Если же у вас хватило сил и терпения дочитать это пространное вступление, вы еще можете исправить ошибку. Умоляю вас!.. Что?.. Вы все-таки хотите удовлетворить праздное любопытство? Ладно. Читайте. Но я вас предупредил…[1]

Итак, прежде всего просьба: войдите в мое положение!.. Если, конечно, у вас есть желание. Но прежде чем войти в мое положение, постучите, спросите, можно ли войти, дома ли я, не вышел ли я из себя. А если вышел, то по какой причине и когда вернусь… Ах, вас не интересует мое положение? Вас интересует только фельетон?

Вы абсолютно правы![2]

С этой строчки мы с вами незнакомы. Мы — абсолютно чужие люди…

От 7.30 до 9.00. Воскресенье

Я открыл глаза. Солнце — на небе. Облака — неизвестно где. Хорошее настроение — во мне. Жена… Впрочем, я не женат. Зарядка. Душ. Чистая рубашка. Утренние газеты. Завтрак в кафе на углу.

Сел за столик. Не обслуживается. Сел за другой — не обслуживается. Сел за третий — не обслуживается… Вам что, столов мало?.. Сел. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу. Сижу… Что? Много раз повторяю слово «сижу»? А что делать, если я сижу? Сижу…

— Выбрали?!!

Вздрогнул. Ответил, что меню нет.

— Столько сидит, а ничего не выбрал!!

Выбрал. Ушла. Почему это я смотрю ей вслед?.. А-а! У нее чулки морщат… О-о! И черная комбинация видна из-под юбки… Э-э! И, очевидно, зубы не почистила… У-у! А вдруг под ногтями чернота…

И она прекратила в моих глазах существование как официантка, во-первых, и как женщина, во-вторых.

Жду. Жду в квадрате. Жду в кубе. Жду в седьмой степени. Жду в степени «n + 1».

Наконец ОНО идет и несет. Ставит на стол.

— Простите, а холодного боржома нет?

— Какой есть, такой есть!!

Мудро и лаконично. Действительно, что это я спрашиваю глупости?

ОНО ушло…

Я исследовал яичницу на предмет нахождения в ней волоса. А что? Из такой нечесаной копны мало ли что может попасть в яичницу. Нет. Все стерильно. И вкусно, как ни странно.